Действие происходит после ядерной войны в подземном убежищерядом с Москвой. Жалкий мусорщик неожиданно для себя вступает вконфликт с элитой Убежища — стражниками и становится обладателемкомнаты, набитой разными богатствами но, самое главное, он узнаетпуть, ведущий в Метро, находящееся под мертвым городом. Спасая свою жизнь, главный герой вместе с несколькими товарищамипускается в путь по тоннелям, где они с удивлением обнаруживают, что Метро не такое уж пустое и заброшенное, как онидумали…
Авторы: Александр Неверов
МИРА.
«– Значит и эта станция и кольцевая, одинаково называются, – подумал Веник. – Хотя, какая мне разница от этого?».
Он вернулся к своей команде и снова присел рядом с угрюмым.
Через несколько минут как из под земли выросли Писарь и Снегирь. Выглядели они возбужденными. Веник заметил, что за поясом у Писаря висит топорищем вверх, длинный топор с рукояткой, обмотанной желтой и потемневшей от времени резиной. На плече у Снегиря висел короткий автомат.
– Ну что, братва, – сказал Писарь. – Пора!.
Их маленький караван пришел в движение. Парни забросили за плечи рюкзаки и направились к неработающим эскалаторам. Поднимаясь наверх, Веник вспомнил про пост наверху и немного напрягся. Однако, оказавшись наверху, он перевел дух. Давнишний, заинтересовавшийся им мужик, обшаривал одежду какогото оборванного мужика, который стоял, уперев руки в стену и широко раздвинув ноги.
Благополучно миновав пост, они вскоре снова оказались на кольцевом «Проспекте мира». Снегирь и Писарь шагали впереди, часто оборачиваясь на своих подопечных. Веник шел в середине, рядом с угрюмым. За ним рыжий парень. Коротышка и длинный, болтая, замыкали шествие.
Они не пошли через рынок, а свернули на правую платформу. Там они направились к выходу со станции, к тоннелям. Там Веник заметил еще один пост из двух мужиков в белых повязках.
– Здорово, мужики! – с энтузиазмом приветствовал их Писарь, протягивая руку для пожатия.
Те ответили на пожатие, но по их лицам Веник сообразил, что скорее всего, они этого Писаря видели первый раз в жизни. Однако охранники ничего не сказали и их караван беспрепятственно миновал этот пост.
Веник снова перевел дух.
«– Ну вот, – думал он. – Осталось самое главное – проскочить «Комсомольскую», а там…»
Что «там», он не знал, но надеялся на лучшее.
Они довольно скорым шагом двигались по темному тоннелю. Света фонарей главарей вполне хватало для хорошего освещения пути. Навстречу то и дело попадались люди. Один раз встретилась тележка с грузом, подобная той, что Веник толкал на «Красной линии». Ее также тут толкала кучка мужиков с красными повязками.
Наконец, впереди показался свет. Станция. Слышался гомон голосов, по которому Веник определил, что «Комсомольская» также многолюдна, как и «Проспект мира».
Он почувствовал легкое волнение и возбуждение. Хотелось поскорее пройти ее. Однако их руководители остановили отряд.
– Слушайте, пацаны, – говорил Снегирь глухим голосом. – Мне эти диаметровцы вот где сидят, поэтому проходим станцию быстро. Без всяких там. Быстро проходим и все.
– Туда еще войти надо, – заметил коротышка.
– Это не твои проблемы, – ответил ему Писарь.
Веник задумался, что значат слова коротышки, но с другой стороны, понравилась уверенность и деловитость руководителей.
– Идем, – скомандовал Снегирь.
Они продолжили путь и через минуту стояли перед ярко освещенным постом. Далее, метрах в двадцати светились огни «Комсомольской» и громко доносился гул голосов ее обитателей.
На посту дежурили три пожилых мужика с красными повязками. Двое из них были вооружены автоматами. Третий, безоружный, неприязненно уставился на прибывших парней.
– Приветствую вас, Николай Дмитриевич, – подобострастным голосом обратился к нему Писарь.
– Опять ты, – недовольным голосом откликнулся мужик.
Как смекнул Веник, это был старший на посту.
– Сколько раз я тебе говорил, – продолжал тот. – Не появляйся ты у нас. Я тебе говорил это?
Писарь фальшиво улыбаясь, пропустил все это мимо ушей и сказал:
– Да вот, Николай Дмитриевич, дело к вам открылось. Можно вас на пару минут?
– Ну давай свое дело.
Они отошли на несколько метров и Веник заметил, как Писарь чтото вытащил изза пазухи и дал в руку старшему. Тот мельком взглянул и быстро убрал также себе за пазуху.
Писарь чтото тихо сказал ему и они пошли назад.
– А это кто? – недовольно сказал старший поста, кивая на компанию.
– Да это ребята мои, хорошие парни.
– Знаю я этих хороших…
Он посмотрел на Веника.
– Чтото рожа у тебя знакомая. А?
Веник похолодел.
– Да мы тут часто ходим ведь, – вступился за него Писарь. – Вы всех ведь тут знаете.
– Это да. Мимо меня тут мышь не проскочит… А ты чего лыбишься? – прикрикнул он на Снегиря, который ухмыльнулся.
– Думаете, если я раз взял у вас, то теперь вам кланяться всю жизнь буду? Думаете, купили меня? Нет, милые мои!
– Да мы и не думали, – опять унизительно забормотал Писарь. – Мы хотели как лучше.
Он скороговоркой забормотал какуюто чушь. Видно было, что он с удовольствием перерезал бы этому мужику горло, но сейчас был вынужден
