Действие происходит после ядерной войны в подземном убежищерядом с Москвой. Жалкий мусорщик неожиданно для себя вступает вконфликт с элитой Убежища — стражниками и становится обладателемкомнаты, набитой разными богатствами но, самое главное, он узнаетпуть, ведущий в Метро, находящееся под мертвым городом. Спасая свою жизнь, главный герой вместе с несколькими товарищамипускается в путь по тоннелям, где они с удивлением обнаруживают, что Метро не такое уж пустое и заброшенное, как онидумали…
Авторы: Александр Неверов
в коридор, позади раздался истеричный голос кудрявого:
— Подождите! Возьмите меня с тобой!
— Нет, — посмотрел на него Дубровский. — Ты останешься здесь!
Он поднял пистолет. Парень в комнате заверещал, но тут грохнул выстрел и вопль затих. Дубровский протянул руку и выключил свет в комнате.
Выйдя со служебной платформы в центральный зал станции, Веник спросил:
— Куда теперь?
Бородач молча указал на правый тоннель:
— На «Каширскую» — это туда.
Все в месте они спустились с платформы на рельсы и двинулись по тоннелю. Веник с Серафимом шли по одну, а Дубровский по другую сторону тоннеля.
— Послушайте, парни, — сразу сказал им новый знакомый. — Вы на меня не коситесь зря, я подлянок вам делать не буду. И лучше бы нам сразу доверять друг другу.
— Дело в том, — отвечал Серафим. — что мы никому не доверяем. По крайней мере, вот так сразу.
Венику пришла в голову рисковая, но интересная мысль.
— Послушайте, — сказал он новому знакомому. — А как вы отнесетесь к тому, если узнаете, что я не из Института, а «отсюда»?
— Да никак, — отвечал бородач. — Мне это все равно. Но только интересно, откуда ты тогда про Институт услышал?
Парень вкратце рассказал о своей жизни.
— Ну что я скажу? — сказал Дубровский, когда он закончил. — Многие пытались выбраться из Метро. Почти всех убивали, но кто-то выбрался отсюда в Большой Мир. А ты вот вернулся, чтобы дать местным жителям шанс спастись.
— А как вы относитесь к тому, что Альянс спасется?
Бородач невесело усмехнулся.
— Выбраться на поверхность, это еще не спастись. Им там придется бороться за свою жизнь и за свою свободу. Так что это только первый шаг. Мне же до этого, если честно, уже нет никакого дела. Да и вообще у меня в жизни одно дело осталось — разобраться с моими «друзьями».
— А что они тебе сделали? — поинтересовался Серафим.
— Я бы не хотел об этом. Скажу просто — личные счеты.
— Послушайте, — спросил бородача Веник. — Можно вам вопрос задать?
— Спрашивай, что угодно, но только не про мои личные дела.
— Хорошо, — кивнул парень. — Вот скажите мне, правда, что Диаметр работал под контролем Института?
— Конечно. И даже не под контролем, а Институт напрямую управлял им. Да и не только им, а вообще почти всеми станциями в Метро.
— А зачем Диаметр, такой большой, был им нужен?
— Ну, во-первых, эксперимент там проходил социальный, а во-вторых, он был основой, стержнем, этого подземного мира. На нем все держалось.
Веник решился и задал вопрос, который сильно интересовал его:
— А Альянс? Их тоже Институт контролировал?
Дубровский снова усмехнулся.
— С Альянсом история интереснее. Создан он, конечно же Институтом. Я хорошо с его историей знаком. Его образовала группа людей во главе с неким Платоном. Все они были сотрудниками Института. Однако тут другая задумка. Создавать еще одну структуру, типа Диаметра, им было не интересно. И они сделали так — сперва создали Альянс, а потом передали власть в нем людям, не связанными с Институтом напрямую.
— И зачем это нужно?
— Так интереснее. Посмотреть, в какую сторону они начнут развиваться. Конечно же, там были люди Института. Надо ведь их снабжать едой, горючим, оружием и прочим. Однако на самом верху, в их Совете, собраны люди, которые об Институте, возможно, даже не и догадываются.
Сказанное удивило, но вместе с тем и успокоило Веника.
— А как же этот Платон? — спросил он. — Я слышал, что его убили в тоннелях.
Он рассказал про раскоп, про странные звуки и странных людей на «Перово».
— Платон, скорее всего, жив. По крайней мере, никто его в том «раскопе» не убивал. Нужно же его было как-то убрать из Альянса, расчистив путь новым людям в руководство. А что касается звуков, то тут все просто. Надо было удержать Альянс от изучения тоннелей в ту сторону. Не знаю, почему их просто не взорвали. Наверное, резон какой-то был. Вот их и удерживали всякими звуками непонятными, а агенты Института распространяли среди жителей разные легенды.
— Я сам все эти звуки слышал и «чертовые шаги» тоже, — Веник рассказал о своих ощущениях на «Шоссе».
— Музыка, которая раздается в голове, это дешевый трюк, — говорил Дубровский. — Нужен всего лишь специальный прибор, который их создает. Я не силен в этих терминах, но в этом нет никакой мистики. Что же касается «чертовых шагов», то не знаю. Тоже что-то подобное. А люди в противогазах… Возможно где-то там какая-то гадость на поверхности разлита рядом. В тоннелях безопасно, а наверху без защиты не обойтись. Ничего сверхъестественного.
— А как вы думаете, сейчас эти люди там?
— Вряд ли. Все службы должны были эвакуироваться. Только они также могут при уходе взорвать тоннели, хотя и могут ограничиться
