Действие происходит после ядерной войны в подземном убежищерядом с Москвой. Жалкий мусорщик неожиданно для себя вступает вконфликт с элитой Убежища — стражниками и становится обладателемкомнаты, набитой разными богатствами но, самое главное, он узнаетпуть, ведущий в Метро, находящееся под мертвым городом. Спасая свою жизнь, главный герой вместе с несколькими товарищамипускается в путь по тоннелям, где они с удивлением обнаруживают, что Метро не такое уж пустое и заброшенное, как онидумали…
Авторы: Александр Неверов
Пробегая рядом с арками рядом с ходом на верхнюю станцию, он снова услышал там редкие выстрелы. Кто-то, вроде дед Артур, что-то неразборчиво крикнул.
«- Сейчас! — оправдываясь, подумал Веник. — Вытащу Серафима, а потом мы поможем!»
Вот и лестница. Не считая ступенек, он бросился вниз, рванулся в коридор. Послышался крик. Вроде бы Рекун что-то кричит. Тут же ему ответил голос бывшего ангела. Что-то вроде «Выкуси!».
Осталась одна дверь. Веник подбежал к ней, уже протянул руку, чтобы потянуть на себя, как рядом грохнуло.
«Граната!» — догадался он и это была его последняя мысль.
Дверь бросилась ему навстречу, ударив по голове и сбивая с ног уже бесчувственного парня.
Эпилог
День подходил к концу. Веник лежал на кровати в знакомой избе. Фил и Заяц недавно покинули комнату, и теперь Борода рассказывал о своих приключениях.
— Это я виноват, — перебил толстяка парень, глядя в дощатый потолок. — Если бы я на «Боровицкой» не сглупил, то ничего бы не было.
— Ну, ты не скажи! — с жаром возразил толстяк. — Я ведь тоже тогда в штаны наделал. Признаюсь, о тебе даже и не вспомнил, бежал как угорелый. Потом уже в тоннеле осмотрелись, а тебя нет. И назад нельзя, не пускают. Вот тогда решили, как дойдем до Кольца, разделиться. Шуруп в Альянс двинется, а мы трое в другую сторону, на «Киевскую». Там ведь человек Мартына был. Думали, найдем его, он нам поможет на Диаметр пробраться, а там и…
— Так что там с Шурупом? — перебил его Веник. — Куда он делся?
— А фиг его знает! — Борода пожал плечами. — Говорят, пропал без следов. Там всего одна станция от «Добрынинской», а он словно растворился. Я так думаю, что он к себе в бункер, ну к Доку этому, как и его Мирра, сбежал.
— Да ну, — не согласился Веник. — Не думаю, чтобы он сбежал. Вспомни, как он рвался в Метро. Вряд ли…
— Ну не знаю, — покорно согласился товарищ.
— Так что дальше-то? — спросил Веник.
— Ну, а потом все просто было. «Октябрьскую» мы спокойно прошли. А вот на «Парке» нас тормознули. Я и подумать не мог, что там этот Рекун чертов. Скрутили, как лохов, даже вспоминать стыдно.
— Ну и что? Они вас допрашивали?
— Да они и так все про нас знали. Просто месили, отморозки ведь. Я уже отчаиваться стал, а как ты появился, так мне крышу и снесло. Знаешь, Веня, ведь я знал, что ты нас не бросишь!
Толстяк с умилением посмотрел на парня.
— Так что потом-то было? — спросил тот.
— Да ничего. Как я выскочил, автомат у одного выдернул и за тобой рванул, но куда там! Только до лестницы добежал, а там как рванет. Я вниз, а навстречу шобла Рекуна. Вот я их и положил. Знатно покрошил, они там как одуревшие были. Да я и сам тогда одурел. Единственное, что хорошо, так что я Рекуну лично в глотку дуло сунул!
— Ну, а потом что?
— А что потом? Потом драпали. В тоннель. Там дрезина была. Тебя и еще нескольких посадили и на «Октябрьскую» рванули. Дальше уже ехать нельзя было, так мы пешочком двинулись. Правда, там вода уже почти по пояс и течение неслабое, но мы еще успели. Мне тут уже, Рашевский рассказывал, что и после нас люди приходили. Ну, а потом уже легче стало, мы, после «Свободы» считай, пешком и не шли, а только ехали.
— Так это вы меня что, с «Октябрьской» до «Таганской» на руках несли что ли? — сообразил наконец Веник. — Стоило возиться…
— Ну, ты, Веня, ерунды-то не говори! — прикрикнул на него толстяк. — Я бы тебя и не туда на закорках поволок! Да и не трудно было. Там целая толпа ведь с «Парка» рванула. Фил вон сообразил как носилки соорудить. Несли попеременно, так что не сильно устали.
— Так, а с тем товарищем моим, ну с Серафимом?
Толстяк неопределенно махнул рукой.
— Да говорю же я, не знаю! Да, был там такой белобрысый. Он тебя и вынес наверх из подвала на «Парке». Потом мы тебя с ним несли, а вот тут… — Борода задумчиво почесал голову. — Я, признаться, помню, как мы с ним к «Таганской» подходили. А потом куда-то отстал он. Мы, со «Свободы» на мотовозе уже без него ехали. И тут я его не видел.
Веник вздохнул, не зная, что и думать. Исчезновение Серафима его совсем не радовало.
— Ясно, — задумчиво проговорил парень. — А тот, Дубровский, с ним что?
— Это с бородкой который? Ну, это крутой мужик. Он ведь тоже тебя тащил и вообще. Он сейчас все время у Полковника. Чего-то они там обсуждают все время. У них там ведь Новый Совет образовался. Там ажнак пятнадцать человек! Тебя сразу, единогласно, избрали туда!
Веник поморщился.
— Мне-то это зачем?
— Ну, ты не говори! — наставительно заметил товарищ. — Пока ты лежишь, Фил там за тебя, пока временно. А ты полежи, подумай.
— Да чего там думать! — махнул рукой парень и свесил ноги с постели, собираясь подняться. На него тут же, не пуская, навалился толстяк.
— Ты чего, Веня? Лежи-лежи.
—
