Бывает ли такое: то, что произошло, еще не произошло?! Ветераны ответят: в Зоне бывает все, и будут правы. Зона тяжело отдает свои тайны, но везет тем, кто осмеливается идти вперед не глядя на смертельную опасность. В Зоне все трудно, найти первый артефакт, обрести друзей из бывалых, заработать уважение ветеранов. Еще труднее найти проводника до Припяти, откуда почти никто не возвращался.
Авторы: Стрелко Андрей
сигнал.
— Где? — Умник вытянулся за спиной Крюка, остальные, хоть и навострили уши, остались на местах, почти не шевелясь.
— Оттуда, — Крюк повернулся к вышке, всполохи-помехи на экране сменились более четкой картинкой. Графики, в которых Крюк ничего не понимал, но было ясно, что сигнал идет из-под того самого холмика, вроде могильного. Из пузыря, которому так обрадовался умник. — Подожди-ка, давай выведем на звук.
Рация или древняя ПДА, чем бы она ни была, запищала, шершаво, глухо, но вполне различимо. А главное, прерывисто. Даже ничего не понимающий в этом Птица различил «морзянку».
— SOS… Нуждаюсь в помощи… Упал с вышки… Мало кислорода… — Перевел Крюк. Немного помолчал и добавил, — все, дальше пошло по кругу. SOS… Нуждаюсь в помощи… Упал с вышки…
— Он что там живой? — Догадался Дан.
— Нет. Задохнулся. — Констатировал Крюк. — Просто записал призыв на ПДА, и поставил на подачу, а батарея вечная. Ты же говорил, через стенку контура никакие сигналы не проходят?
Последний вопрос был обращен к Птице.
— Так то через стенку контура. Там силовая мембрана, она гасит любой сигнал. А здесь податливая оболочка пузыря, она, немного рассеивает сигнал, но не гасит его. В конце концов, представьте железную бочку. Бочка — это и есть контур, в котором мы находимся. И эта бочка заполнена водой, так вот вода — это пространство контура, отличимое от внешней среды. Сигнал, например, свет через стенку бочки не проходит, ни внутрь, ни наружу. А пузырь Данилевского, это, как пузырь воздуха в воде, он огорожен от пространства контура натяжением, но, если в нем окажется источник света, то свет рассеяно, но выйдет за пределы пузыря. При этом не нарушается главное условие «темпорального контура» — постоянство внутренней среды, во время выброса и обновления контура свет точно так же вернется обратно в пузырь.
— Понятно, — Крюк выключил рацию и огляделся. — Парень не долго мучился, воздуху в пузыре минут на десять, не больше. Ну, да пусть земля ему будет пухом! Рации возьмем? Вдруг пригодятся.
— Надо попробовать, на сколько они берут, — отозвался Макс.
Он аккуратно, как будто мертвец снова мог ожить, подошел к другому телу, обыскал его и нашел точно такой же прибор. Крюк принял его, осмотрел, проделал какие-то одному ему понятные манипуляции и вернул Максу.
— Отойди за ворота.
Максу ничего не оставалось делать, кроме как послушаться. Крюк выждал несколько секунд и начал быстро набивать на клавиатуре сообщение посредством азбуки Морзе. Пальцы ловко скользили по приемнику, заставляя аппарат чуть слышно пищать.
— Ты надеешься, что мы таким образом сможем общаться? — С иронией произнес Дан. — Кто-нибудь знает Морзе?
— Немного, — поднял руку Санитар.
— Монгол знает, — вклинился Птица. Крюк одобрительно кивнул головой и закончил сообщение, после чего снова принялся за настройки. Серый опасливо смотрел за ворота, Макс находился там один и подвергался излишнему риску.
— Проверка связи, раз, раз, — зашептал Крюк в «ухо» рации. — Макс, слышишь?
В ответ раздалось шипение и скрежет, в полутьме они, казалось, разнеслись на всю округу, и Крюк торопливо прикрыл динамик рукой. С пятой секунды в ворохе звуков всплыла связная человеческая речь, но она то и дело прерывалась помехами. Учитывая близость Макса, об общении таким способом можно было забыть, даже многоканальный передатчик не справлялся с обилием электричества, разрывавшего пространство в округе.
— Да, жалко, — согласился Крюк. — Но морзянка должна проходить, уже хорошо. Об условных сигналах можно и договориться, не обязательно знать всю азбуку. Зовите Макса и выдвигаемся.
Развернувшись от ворот и КПП, предстояло пройти вдоль забора, по сути, тем же путем, только с другой стороны заграждения. Длинная стена ангара, за которым прятались двое ученых и один военный сталкер, была видна и отсюда, прямо под нею сверкала целая сеть из искрящих аномалий — «электры» были крупные и настолько частые, что почти сливались в единое целое. Справа в сорока метрах растянулось длинное низкое строение, похожее на гаражи, возможно, это они и были, только ворота находились с другой стороны.
Пространство между КПП, ангаром и гаражами, там, где не было аномалий, заросло приземистыми деревцами, достаточно редкими, чтобы дорога просматривалась далеко вперед. Аномалий было много, преимущественно «воронки», изредка чередующиеся с «электрами» и «трамплинами». Крюк все больше сваливался к забору, в конце концов, пришлось буквально скользить вдоль стены. Волновались все, у каждого была возможность изучить карту, и было ясно, что, если не удастся дойти до умников напрямую, вдоль
