Бывает ли такое: то, что произошло, еще не произошло?! Ветераны ответят: в Зоне бывает все, и будут правы. Зона тяжело отдает свои тайны, но везет тем, кто осмеливается идти вперед не глядя на смертельную опасность. В Зоне все трудно, найти первый артефакт, обрести друзей из бывалых, заработать уважение ветеранов. Еще труднее найти проводника до Припяти, откуда почти никто не возвращался.
Авторы: Стрелко Андрей
балконе, они попадали в прямую видимость монолитовца — ему и целиться не придется, даст очередь поперек дороги и все. Но приходилось идти на риск. Монолитовцы грамотно рассредоточились по периметру зала, перекрыв все три этажа балконов с разных сторон. Они были готовы открыть огонь в любом направлении и держали на прицеле все подходы. Сейчас, когда они оказались заблокированы в большом помещении, пробиваться куда-либо было бессмысленно, у них не было ни карты подземных строений, ни знаний, способных вывести к цели. Более того, они вообще не знали, куда подевались беглецы. Может быть, беглецы их даже не сильно интересовали, гораздо меньше, чем сами катакомбы под бывшим заводом, но, зная монолит, легко догадаться, что, когда они дождутся подкрепления, сектанты обыщут каждую комнатку и каждый закуток, пробьют любую дверь, чего бы им это не стоило, и отыщут всех, кого можно отыскать.
Открытие больших ворот, соединявших разгрузочную с большим залом в котором находился грузовой лифт, действительно привлекло внимание монолитовцев, как и полагал Крюк. Все они за исключением одного и, может быть, еще одного, невидимого, бойца развернулись спиной к тому самому выходу, из которого должны были появиться Макс и Долл. Более того, с глухим свистом из трубы пошла смесь газа и пара, заволакивая расположенную там огневую точку. Разглядеть ее монолитовцы не успели, но о том, что она там есть они догадывались, поэтому одни из них быстро предпринял превентивные меры, послав в область пулемета гранату из подствольника. А дальше все закрутилось со скоростью, которую вряд ли способен воспринять человеческий мозг. Крюк нажал на соответствующую клавишу, открывая дверь и притаившихся за ней Макса и Долла. Две дымовые гранаты разрезали воздух, заполняя пролет балкона густым дымом, а Серый и Санитар с надетыми заранее на глаза приборами ночного видения открыли сквозь дым огонь по монолитовцам.
Один из сектантов, находившихся на нижнем этаже и доступных зрению сквозь завесу, отлетел назад и, ударившись о кар, за которым он прятался, скатился на пол, еще один выронил «гаусс», хоть и остался стоять на ногах. Остальные быстро приняли новые правила игры и, развернувшись, открыли огонь по открывшемуся коридору. Макс и Долл за это время успели выскочить в узкое пространство балкона и, Макс сразу же открыл огонь в левое от себя крыло, где должен был располагаться последний, не засеченный камерами боец монолита и, выпустив очередь, побежал к цели, как и было задумано. Сразу после этого Серый, сделал шаг вперед и, выглянув из-за угла, послал в том же направлении гранату из подствольника. Долл тем временем сделал хороший рывок и преодолел почти половину дистанции, так и оставшись незамеченным для противника. На краю дымовой завесы он вынул чеку из следующей дымовой гранаты и бросил ее на третий этаж.
Монолитовцы тоже не дремали. Пули, выпущенные ими наугад сквозь дым, со свистом врезались в закрывающуюся дверь центра управления, оставляя на ней глубокие вмятины, но, не причиняя никакого вреда укрывшимся за ней сталкерам. Выстрелов со стороны лифта не последовало, и монолитовцы поняли, что весь театр, учиненный с той стороны — это не более, чем отвлекающий маневр и уже через долю секунды ход сталкеров был ими распознан.
Крюк с сожалением отметил, что боец с «гауссом» на третьем этаже успел поднять к шлему руку, а значит, он сообразил включить ПНВ, и теперь преимущество Долла и Макса стало потерянным. В приборы ночного видения, которые они, хоть и с опозданием, активировали, им удалось различить в дымном облаке две рвущиеся по балкону фигуры и моментально среагировать на это массивным огнем и передислокацией отряда. Беглецы находились в пределах видимости четверых сектантов, двое из которых были вооружены гауссами, а один тяжелым ручным пулеметом, остальные же ринулись в погоню, пытаясь перерезать беглецам путь. Долл, к этому времени преодолел три четверти пути и уже был готов ворваться в открытую для него дверь, а вот Макс, притормозивший из-за перестрелки на выходе, оказался слишком далеко от заветной двери, чтобы мечтать до нее добраться на одном дыхании. Поэтому он резко кувыркнулся назад, уходя от пуль, предупреждающих его прежнее движение. Свинцовые осы со свистом плюхнулись рядом, высекая искры из металлических решеток, и давая понять, что дальше ход закрыт.
Доллу пришлось не легче: снаряд от «гаусса» разорвал металлический столб, на котором столько лет покоилось перекрытие перил, а пулеметная очередь прочертила линию прямо над его головой — Долла спасло то, что хорошо и быстро прицелиться монолитовец не сумел из-за тяжести и неповоротливости орудия, а последующие выстрелы потеряли меткость из-за отдачи.
Долл выпрыгнул
