Бывает ли такое: то, что произошло, еще не произошло?! Ветераны ответят: в Зоне бывает все, и будут правы. Зона тяжело отдает свои тайны, но везет тем, кто осмеливается идти вперед не глядя на смертельную опасность. В Зоне все трудно, найти первый артефакт, обрести друзей из бывалых, заработать уважение ветеранов. Еще труднее найти проводника до Припяти, откуда почти никто не возвращался.
Авторы: Стрелко Андрей
вон спасибо сказать надо, что живы до сих пор. Это он нас сюда вывез.
— Он живой?
— Живой, только в себя не приходит.
— А Непряев?
— Не знаю, рядом его нет, а далеко я не отходил, не могу — колено перебито.
— Сильно?
— Сильно. Сам до наших не дойду. Да и где они теперь, наши?
— Метров триста-четыреста, как минимум.
— Интересно, вторая линия устояла?
— Не знаю, но придется узнать. — Ципик вспомнил о рации, но при беглом осмотре ее не обнаружилось.
— Нет ее, — сказал Шастин, — я уже посмотрел.
— Да, хреново дело. — Ципик потихоньку, опираясь на плечо Шастина поднялся, это оказалось не так сложно, как ожидалось. Слабость, конечно, была, однако мышцы слушались и, кроме левой руки, ничего не болело. Плечо задето по касательной, а кисть на месте, большего и желать трудно. Оглядев себя, Алексей обнаружил несколько небольших ран, которые не угрожали жизни, и остался этим очень доволен.
— А еще говорят, броники не помогают, — проскрипел Шастин, оглядывая раны на теле, — если б не броники, покрошило бы нас на лапшу.
Бронежилету Алексея досталось гораздо меньше, чем защитной форме Шастина. Защитный комбинезон сержанта, лежавший неподалеку, сейчас больше походил на тряпочку, а Ципик насчитал в своем лишь четыре повреждения, что с учетом мясорубки, в которой они побывали, несказанно мало.
Далее в течение десяти минут они пытались привести в чувство Смирнова. Выглядел он, опять же в сравнении с Шастиным, очень неплохо — кроме рваной раны на голове, которую Шастин успел немного замотать, особых повреждений не было, не считать же повреждением синяки и кровоподтеки. Но приходить в себя он отказывался. Шастин пояснил, что, когда он сам полчаса назад пришел в себя, Смирнов был в сознании, но поговорить с ним Шастину не удалось — Смирнов только стонал, держась за голову и на вопросы не отвечал. Тогда Шастин сделал ему укол противошокового и переполз к Алексею. Кроме того, Шастин успел поведать, как развивались дела вчера после того, как Ципик отключился.
Когда Алексей остановил машину около Непряева, чтобы подобрать его, Шастин и Смирнов попытались дать бой набегающим монстрам. Шастин успел пустить пару очередей по тварям, которые были уже совсем близко, в десяти шагах, а Смирнов удачно выстрелил из гранатомета, рассеяв ближний поток и, бросив пустой ствол, кинулся на место водителя. Все рвалось и горело уже под боком, и после очередного разрыва крупный осколок врезался в крепежный элемент пулемета. Сам пулемет выбросило из машины, а другими осколками Шастину разворотило весь бронежилет и повредило обе ноги. От смерти его спало только то, что за доли секунды до этого его самого отбросило взрывной волной на заднее сидение. Здесь-то он и увидел, поднимающееся тело Непряева, подтянул его в машину и едва не вылетел из нее, когда Смирнов дал по газам.
Собаку, повисшую на руке Ципика, он видел, но сделать уже ничего не мог. Смирнов давил на газ так, что машина едва не переворачивалась на неровностях дороги, непонятно, как она вообще не развалилась на части — колеса были не просто пробиты и спущены, а буквально разорваны. Ориентироваться в пространстве было уже совершенно невозможно, поскольку все вокруг горело. Добраться на таком транспорте до своих было не реально, и вот тут Смирнов оказался молодцом: он развернул машину к болоту и, выжимая из тачки последнее, на полной скорости проскочил топь и продавил линию колючки. Обратно в зону монстры не пошли, они рвались туда, наружу, поэтому за машиной не побежали, а «хаммер» проехал еще секунд десять, не разбирая дороги, пока не врезался в дерево. Пассажиров разбросало по окрестностям, а потом шарахнул выброс. Ахало и бухало так, что, казалось, грохот порвет голову на части, в конце Шастин запомнил яркую вспышку, после которой и отрубился.
Когда пришел в себя, застал все вот в таком виде. Вокруг светло и тихо. У самого ноги перебиты, поэтому вколол в себя все, что было в аптечке, потом перевязался и дополз до Смирнова. Дальше все ясно, оказал помощь ему, добрался до Алексея. Поскольку радиационный дозиметр пришел в негодность, вколол всем и по дозе радиоантидотов, на всякий случай, после выброса наверняка фонит. Оружия найти не удалось, только два рожка рядом с «хаммером».
«Хаммер» был в плачевном состоянии, ни ремонту, ни временной эксплуатации не подлежал. Все-таки надо было похвалить американскую технику, поскольку только благодаря ее характерным свойствам группе удалось добраться до безопасного участка. Резины на колесах не было вообще, фар, бамперов и стекол тоже, колесные диски зазубрились, как пила, но округлость форм не потеряли. Упрочненные борта автомобиля приняли на себя основной удар от
