Бывает ли такое: то, что произошло, еще не произошло?! Ветераны ответят: в Зоне бывает все, и будут правы. Зона тяжело отдает свои тайны, но везет тем, кто осмеливается идти вперед не глядя на смертельную опасность. В Зоне все трудно, найти первый артефакт, обрести друзей из бывалых, заработать уважение ветеранов. Еще труднее найти проводника до Припяти, откуда почти никто не возвращался.
Авторы: Стрелко Андрей
смотрели на мясо, неожиданно давшее отпор.
Меж тем Алексей мелкими шажками отступал назад, косясь в сторону товарищей. Кабаны видели в отступлении признак слабости, но неподвижное тело первого номера отряда все-таки наводило на мысль об опасности. Краем глаза Ципик видел, что лаз в ограждении из колючки уже готов, и теперь Шастин пытается сквозь него перебраться на ту сторону. Было это ох как нелегко: двигаться приходилось близко к земле, где в изобилии вилась «лапша», цепляясь за одежду и кожу. При неосторожном обращении в ней можно запутаться, как в сети, и, либо остаться здесь навсегда, либо лишиться большей части кожных покровов. Поэтому перед тем, как ползти, Шастин подстелил на землю ветровку Смирнова, но и теперь двигаться ему приходилось очень осторожно, а значит медленно.
С минуту Ципик и кабаны играли в гляделки. Животным, оставшимся без вожака, не хватало решительности, никто из них не мог сделать первый шаг. Они негромко перехрюкивались, лили на землю сопли и слюну, рыли копытами и клыками землю, но с места не двигались. Шастин уже перебрался на другую сторону, а Смирнов последовал за ним, когда одна из свинок-переростков сделала робкий шажок вперед, проверяя реакцию человека. Остальные повернули голову в сторону нового вожака, принимая его, как главного. Ципик видел теперь только одно животное, он, как можно размашистей, передернул затвор, давая понять, что в руках у него не просто палка. Еще несколько секунд длилась эта дуэль взглядов, и вот когда Алексей уже был готов сдаться и проиграть — то есть развернуться и побежать к подготовленному для него проходу в заборе, вожак отступил. Недовольно мотнув головой, он рванул последний клок земли и, развернувшись, направился в лес, давая понять, что лучше несвежее, но безопасное мясо, чем смерть.
Когда первые мутанты, встретившиеся Алексею в зоне, скрылись с глаз, стало понятно, что до смерти здесь всего-то два шага. Одно дело стрелять в кабанов с высокого бруствера из крупнокалиберного пулемета, и совсем другое — встретиться с ними лицом к лицу посреди Проклятого леса. Было ясно, как день, что, если бы кабаны не испугались, а бросились в атаку, то для Ципика это был бы последний в жизни бой. Что же там дальше-то твориться, если Припять-кабанов сталкеры за опасность не считают?
Идти по болоту, да еще и с Шастиным на плечах было почти невозможно. Почти, потому что, сам не зная как, на каких немыслимых резервах, Ципик его все-таки нес. Как и обещал, сразу за забором он поменялся со Смирновым ролями — теперь рядовой с автоматом в руках шел впереди, выполняя одновременно роль и разведки и прикрытия и проводника. Шастину было очень больно, Алексей чувствовал это, но сержант не подавал вида. Ему было еще тяжелее, чем командиру, который его нес — приходилось держаться за плечи несущего ранеными руками, ноги почти не работали, поэтому он постоянно соскальзывал вниз, а Ципик останавливался и подбрасывал его обратно, причиняя невыносимую боль. Бинт на правой руке пропитался свежей кровью в районе запястья — Шастин все-таки зацепился за «лапшу».
Но очередные семьдесят метров все же удалось пройти без привалов. Алексей остановился только тогда, когда в центре болотистой местности появилась сухая проплешина, на которой можно было перевести дух, не ожидая внезапного нападения. Надо сказать, живности здесь вообще было немного. Пару раз по краю болота пробежали одинокие псы, не обращая никакого внимания на людей, по краю лесной опушки с обеих сторон теперь, то там, то там проскакивали мелкие зверушки, вроде псевдокроликов или крыс. Был момент, когда Алексей почувствовал на себе очень злобный взгляд, но оглядеться, чтобы определить его источник, не мог. Через секунду ощущение опасности исчезло, толи это была галлюцинация, навеянная усталостью и страхом, толи зверь просто ушел, посчитав невозможным напасть.
Теперь вдали уже виднелась окраина деревеньки, поле, где их должны были подобрать, еще ближе. Да и болота-то оставалось всего лишь около ста пятидесяти метров, а дальше Шастин снова сможет ползти.
На чуть больше половины пути ушло три часа времени, и, судя по солнцу, день подходил к трем-четырем часам. Если не случится ничего непредвиденного, то к семи должны быть на точке, до десяти, когда начнет темнеть, остается еще большой запас. Поэтому решили отдохнуть основательно — может так статься, что привалов больше не получиться. Ципик связался с базой, доложил результаты продвижения и получил в ответ несколько ободряющих слов.
Забросивший себе на спину Шастина Смирнов, едва не свалился на первой же топи, после чего Ципик рискнул угостить его энергетической пастилкой. На уставший, но не выжатый организм она действует около шести часов, на организм
