Бывает ли такое: то, что произошло, еще не произошло?! Ветераны ответят: в Зоне бывает все, и будут правы. Зона тяжело отдает свои тайны, но везет тем, кто осмеливается идти вперед не глядя на смертельную опасность. В Зоне все трудно, найти первый артефакт, обрести друзей из бывалых, заработать уважение ветеранов. Еще труднее найти проводника до Припяти, откуда почти никто не возвращался.
Авторы: Стрелко Андрей
Янтаре, да и мародеров тоже не жаловали.
В общем, пролежала в подвале коробка больше месяца, а к делу ее так и не приспособили, но теперь она дождалась своего часа. Стоила она много, в этом Крюк был уверен, но весила больше десяти килограмм, поэтому Боцману даже мысль в голову не пришла, чтобы взять ее с собой, а вот Крюку она пригодилась. Семен, как и предполагал Крюк, пробы опознал, и, в отличие от бандитов, с вояками он дружил, а значит, и продать или обменять пробы на что-то полезное для себя сможет.
Третьим по стоимости в его рюкзаке была та самая «душа», которую Крюк непременно хотел сохранить, она, как и ожидалось, осталась на месте, наряду с остальным скарбом. Время до утра и право на безопасный ночлег Крюк тоже умело получил, и теперь предстояло обдумать план дальнейших действий. Основная мысль побега от жаждущих мести сталкеров была выработана давно, оставалось только проработать некоторые детали, но их обдумыванию мешали мысли о странном молодом сталкере. Крюку он сразу понравился: была в нем какая-то целеустремленность и сосредоточенность, чему в зоне долго приходится учиться. Плохо было то, что он оказался в компании с Максом, которого Крюк когда-то обобрал в счет морального ущерба, причиненного ему во времена большой охоты. Макс вроде бы и не сильно возражал против расчета и был готов погасить долг разным мелким хабаром, но Крюк отобрал у него кое-что другое. Вряд ли Макс об этом забыл.
Проснулся Крюк в три часа ночи. Убегать на голодный желудок не хотелось, к тому же следующий раз перекусить в спокойной обстановке удастся очень не скоро. Нога почти зажила — все-таки, «душа» свое дело знает, поэтому Крюк снял ее с голени и прицепил чуть выше пояса. Теперь она будет помогать Крюку быстрее соображать и позволит не обращать внимания на мелкие раны, получаемые во время движения. Рядом он повесит два «бенгальских огня», оставшихся в рюкзаке, они позволят ему двигаться быстрее и уставать меньше. Эх, были бы у него вместо «огней» «вспышки», а еще лучше «лунный свет», преследователи отстали бы от него через двести метров пути. Напоследок, Крюк засунул руку подмышку, где в потаенном кармашке ощутил прохладный камень величиной с грецкий орех.
— Эй, охрана! — Громко позвал Крюк, когда все было готово. — Открывай ворота!
— А? — Спящий в углу часовой поднял голову.
— Ворота открывай, говорю! — Рыкнул пленник. — Жрать хочу!
Часовым оказался тот самый сталкер, что выпытывал у Крюка про Башню.
— Надо у Семена спросить, — сказал охранник. — Слышь, Макс, выпускать что ли?
Макс дрых в дальнем, темном углу подвала, поэтому Крюк его не сразу разглядел. Усевшись на подстеленный матрас, он потянулся и неохотно встал на ноги:
— И чего тебе, Крюк, не спиться? Отоспался бы, тогда б и пошел.
— Обойдусь без твоих советов. Семена зови — время дорого!
— Ну, как знаешь, — ответил Макс и ушел наверх. Молодой сталкер, кажется, его звали Серый, скромно стоял около клетки, теперь он не был похож на сосредоточенного и целеустремленного человека, а скорее походил на голодного и замерзшего пса, зябко ежился и укутывался в сталкерскую куртку.
— Что, сталкер, как житуха? — Весело спросил Крюк. Но Серый ничего не ответил, только еще больше забрался под воротник одежды.
— Ну, нет, так нет. — Так же легко согласился с молчанием Крюк. Тем более, что сверху уже спускались Семен и Макс.
— Люди ждут, — хохотнул последний, перепрыгивая через ступеньки, — спрашивают, завтракать ты будешь, или налегке пойдешь?
— Скажи, пусть не торопятся, — успокоил Крюк. — Пятнадцать минут у них есть.
— И то дело, — ответил Макс. — Серый, а ты есть будешь?
Серый, похоже, начал согреваться и от этого заметно повеселел.
— Да хотелось бы.
— Тогда пошли. Семен, ты сам справишься?
Начальник лагеря утвердительно кивнул головой, и Макс со своей отмычкой пошли на выход из подвала. На одну секунду Макс задержался:
— Крюк.
— Чего?
— Ничего личного. Я на тебя не в обиде. Но клан порешил, что ты принес нам слишком много вреда. Извини…
Вот даже как. Крюк усмехнулся, значит, клан проголосовал и объявил его вне закона. Теперь убить Крюка имеет право любой член Юго-западного сообщества, даже тот, кто не имеет к нему личных претензий. Это несколько осложняло и без того непростую ситуацию.
— Забирай. — Семен, между тем, успел отпереть сундук. — Можешь идти спокойно до Свалки, дальше полагайся только на себя.
— И на том спасибо, — ответил Крюк, размышляя о чем-то своем.
Потратив почти четверть часа на еду, Крюк приступил к подготовке рюкзака. Из него прямо на пол были выгружены лишние вещи: несколько банок с едой и коробок с патронами.
