Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
кто чего не заподозрил… Но вот ведь какая закавыка получается: в тех партиях, что Пасечник своему человечку в Свердловск пересылал, настоящихто, дореволюционной чеканки, десято!ци пятерок было всего ничего, зато остальные – с другими царями и самыми разными годами, чуть ли за весь двадцатый век. И какойто Алексей Второй там имелся «Император и Самодержец Всероссийский», и Александр Четвертый, и даже Петр, но тоже Четвертый. Подходил по порядковому номеру только Николай Второй, он же Кровавый, но и тут было не все гладко: соответствовал оригиналу он только на жалкой кучке потертых монет до девятьсот одиннадцатого года, а на остальных – новеньких от девятьсот девяносто четвертого и ближе – выглядел совершенно непохожим на себя, безбородым и помолодевшим… Боня Колымский, выполнявший аналогичные функции в Свердловске, даже пошутил по этому поводу, что, мол, по всей стране царя скинули еще в семнадцатом, а в вотчине Михалыча российское самодержавие процветает и по сей день.
Хорошо ему балагурить, черту щербатому, а тут, на месте, как поступить? Эти вот «желтяки» уже явно не из «коллекции» Пасечника, их парнишка какойто мутный из Хоревска вез в сторону города Челябинска не далее как сегодня днем. А на одном червончикето дата вообще хитрая – «2002»…
Дракон откинулся на стуле, сгреб все монеты в жестяную допотопную банку изпод зубного порошка, закрыл крышкой и сунул в ящик стола. Успеем еще, налюбуемся,.
– Эй, Пятихатка!
Пятихатка, вертлявый паренек дет двадцати пяти, несмотря на молодость имевший уже два «перстня», выскочил на зов Дракона из полутемной комнаты, освещаемой голубыми сполохами едва слышно работавшего телевизора.
– Ну что там, лох этот не зачирикал еще?
– Зачирикал, Пал Михалыч, соловьем заливается.
– Тащите его сюда… Нет, стой, еще кровью половики заляпаете, ироды… Сам схожу.
Щелкнув выключателем настольной лампы, Дракон в сопровождении Пятихатки двинулся в кухню, откуда тщательно замаскированный лаз, скрытый от чужих глаз, вел в обширный подвал, использовавшийся в доме Дракона для самых разнообразных целей.
– Этого не может быть! Это фантастика самая настоящая!
Николай бегал вокруг совершенно невозмутимого Чебрикова, сидевшего посреди комнаты на стуле, зажав сильные ладони между коленями. Жорка приткнулся в уголке дивана, ничем не выражая своего отношения к только что рассказанному: видимо, слышал все только что изложенное скучным и казенным языком завзятого бюрократа не в первый раз. Заметив это, Александров набросился на друга чуть ли не с кулаками:
– А ты что сидишь, молчишь в тряпочку? Неужели веришь этому бреду?
Конькевич прокашлялся.
– Коля… – начал он, но капитан сразу же его перебил:
– Чего Коля? Чего Коля? Развели тут… – Николай запнулся, не в состоянии подобрать подходящего слова. – Метафизику какуюто развели! В сумасшедший дом пора обоих! Коля, Коля… – Он развернулся на каблуках и упер обличающим жестом палец в индифферентного ротмистра: – Признайтесь, что все это вы только что придумали вместе с этим… с этим шутником плоским, чтобы меня разыграть! И монеты подкинули.
– И купюры подделали, и документы напечатали, и пистолет напильником выточили, – в тон ему с дивана продолжил Жорка. – И телефон этот портативный…
– А что?! – запальчиво воскликнул Николай, хватая со стола приборчик и потрясая им в воздухе. – Не работает ведь: явная бутафория, стопроцентная!
– Я же говорил вам, капитан, – подал голос Чебриков. – Поминальник, или, как изволил выразиться ваш друг Георгий, портативный телефон, не выполняет ряд функций, в частности навигационную и коммуникационную, а также… Ну, это не интересно…
– Почему же, почему же, очень интересно! – Александров подскочил к нему, уперев руки в бока. – Поведайте нам темным, сделайте милость!
Ротмистр вздохнул и, тоскливо глядя в сторону, поведал, будто читал лекцию или выдержки из наставления по эксплуатации какойлибо матчасти:
– Прибор мобильной связи «ПМС97», он же в просторечии напоминальник, предназначенный для обычной и защищенной связи, выполняет дополнительно к основным ряд функций…
Внимали монотонному изложению, вероятно, давно и хорошо известной офицеру «с того света» инструкции молча, не перебивая, – этот действующий гипнотически монолог явился своего рода таймаутом, взятым принимающей стороной, в частности Александровым, чтобы осмыслить только что сказанное. Вслушиваясь не в технические термины и даже не в смысл сказанного, а в общий стиль, роднивший излагаемое сейчас с сотнями и тысячами инструкций, наставлений, приложений и тому подобного,
