Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
их какнибудь предупредить… – первым вышел из оцепенения Александров. – Там же эти… Драконы… Тем более несколько расстроенные нашим поспешным исчезновением.
– Я думаю, они в курсе. – Ротмистр невозмутимо вернулся к чистке оружия. – Чтото мне подсказывает, что та тропинка вовсе не для нас, грешных, предназначалась. Сплоховали, видно, «големы».
* * *
– Вот такие пироги…
Подождав, не появится ли на этой стороне ктонибудь из беспечных туристов, без сомнения угодивших в зубы коварных монстров, маленький отряд построился в походный порядок и выступил в путь. Вечерело, а до наступления темноты еще нужно было выбрать подходящее для ночлега место: ночевать вблизи перехода, в котором, наверное, навсегда канули пусть незнакомые, но живые и веселые люди, не хотелось никому. Да и следующий переход должен был находиться неподалеку.
– Не идет у меня из головы тот маршрут. – Николай поравнялся с ротмистром, на ходу ковырявшимся в одном из своих чудесных приборчиков, то поднося его к уху, то снова чтото переключая в открытом миниатюрном отсеке. – Больше всего смахивает на чтото туристическое. И гнездо со змеюками обходил на солидном расстоянии. Что ты об этом думаешь?
– А?
Чебриков недоуменно взглянул на Александрова, продолжая напряженно вслушиваться в то, что ему на ухо пищал черный пластиковый пенальчик.
– Вы о чем, Николай Ильич? Капитан понял, что ротмистр его не слушал, и с досадой махнул рукой:
– Да так, ни о чем…
Однако Чебриков схватил его за рукав и протянул прибор:
– Вы послушайте лучше!
Николай прижал пенальчик к уху и явственно расслышал какуюто красивую и торжественнопечальную мелодию.
– «Горный король» Грига! – сообщил сияющий как тульский самовар граф.
– Ну и что? – не понял Александров. – Передают по радио, только и… Неужели?!
Чебриков выхватил у него приборчик и продемонстрировал на маленьком экранчике, имевшемся на передней панели, какието дуги, кривые и пунктиры.
– И спутниковый навигатор заработал!
– Значит… – не веря себе произнес Николай.
– Именно! – подхватил ротмистр. – Похоже, что мы наконец добрались до цели.
– Ребята! – Капитан, ликуя, обернулся к усталым товарищам. – Поздравляю, мы…
– Стоять! – перебив его на полуслове, раздалось откудато спереди. – Оружие на землю!
Из кустарника на поляну, окружая путников, выехали, придерживая гарцующих на месте коней, несколько всадников: кто в распахнутых камуфляжных куртках, кто сверкая голым торсом.
Однако на головах всех без искрения топорщились маленькие фуражкибескозырки с голубым околышем такого же цвета, что и «генеральские» лампасы на темносиних, заправленных в сапоги штанах.
– Кто такие будете?..
* * *
Застолье затянулось за полночь.
Казаки – а всадниками, окружившими «миропроходцев», оказались именно они, тут же сменили подозрительность исконно русским радушием, как только один из невообразимо грязных людей, с коротким автоматом под локтем и устрашающих размеров мечом за спиной, вытащил на божий свет очень уважаемое царевыми слугами удостоверение ротмистра Охранного Отделения.
Почему путники такие измочаленные, где они нашли грязь в чистом июньском леске и почему у одного из них связаны руки, казаки (старший из которых, Степан Иванович, лет двадцати семи от роду, щеголял урядничьими лычками на погонах) предпочли не интересоваться – дело государево, не нашего ума, – хотя то и дело бросали любопытные взгляды на странную амуницию и вооружение. Да и взглянув на Валю, хоть и до смерти уставшую, растрепанную и неумытую, то один, то другой приосанивался и начинал подкручивать пшеничный ус.
Казачки, как выяснилось, все родные братья Савиных, родом из соседней станицы Савинки, относившейся к области Оренбургского Казачьего Войска, косили в здешних местах сено, благо заимка их располагалась километрах в двух отсюда, на берегу Кундравинки. С путешественниками братья столкнулись чисто случайно, поскакав на поиски компании странно одетых и говорящих не понашему людей, мельком виденных младшим из них, семнадцатилетним Алешкой. Как и почему нарядные и беззаботные туристы превратились в оборванных и усталых доходяг, братья Савиных тоже не стали уточнять, разумно рассудив, что не ихнего ума это дело.
Добравшись до заимки, стоящей на живописном берегу реки в окружении красавицсосен, «миропроходцы» благодаря сети хитро поставленных вопросов, на которые ротмистр по роду своей деятельности был большим мастером, уже твердо знали, что добрались наконец до цели своего путешествия, воочию увидев мир Чебрикова.
А потом была добрая банька, протопленная двумя
