Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
домами, заставив всех зевак испуганно пригнуться и зажать уши, заглушая сирену яростным ревом двигателей, пронеслась тройка истребителей, еще одна…
«Черт побери! Они же…»
Ломая ногти, Маргарита торопливо вытащила поминальник, набрала дрожащим пальцем нужный номер.
– Полковник! – закричала она в микрофон, совсем не думая, как выглядит при этом в его глазах. – Никаких активных действий! Только наблюдение! Всю ответственность беру на себя!
– Вы что, баронесса, – раздался донельзя возмущенный голос полковника Левченко. – С ума сошли? Какие еще действия! Тридцать третий возвращается…
Голос полковника бормотал еще чтото, но приборчик уже выпал из разжавшихся рук женщины, со стуком отлетев от деревянной ступеньки кудато в куст прошлогоднего бурьяна на пятачке, огороженном вкопанными «уголком» кирпичами и долженствующем изображать цветочную клумбу.
Но Маргариту это совсем не волновало.
Она стояла, обратив лицо к бескрайней сини и, молитвенно сложив руки на груди, шевелила губами, даже не пытаясь унять слез…
* * *
Истребитель тяжело и неуверенно заходил на посадку, волоча за собой шлейф отработанных газов.
– Екалэмэнэ! – пробормотал полковник Левченко, и так обычно не слишкомто галантный, а сейчас от волнения вообще позабывший, что рядом дама. – Чего же он так движокто насилует! Кто его самолетом управлять учил?
– Ваш инструктор, – не удержалась от колкости Маргарита, тоже вся не своя от волнения.
Долгожданный «Сапсан» с бортовым номером «33» встречали во всеоружии. Кто бы мог подумать, что за какието пару десятков минут у полосы может оказаться столько народа, все пожарные машины аэродрома и медики из развернутого неподалеку, но до сих пор, слава Богу, так и не пригодившегося госпиталя. Толпа напирала, оттесняя редкую цепочку техников, приказом полковника превратившихся в импровизированных полицейских, на самую «взлетку».
– Еще немного, – Левченко склонился к уху баронессы, – и тридцать третьему просто некуда будет садиться. Моих людей не хватает, чтобы сдержать этих зевак. Прикажите своим, что ли…
К техникам присоединился десяток крепких парней из «группы обеспечения», и общими усилиями им удалось освободить место, достаточное для посадки стратегического ракетоносца, не то что довольно компактного по габаритам перехватчика.
И как раз вовремя.
В дальнем конце «бетонки» «Сапсан» уже почти касался земли выпущенным шасси, погасив скорость, насколько это было возможно, и сопровождавший его эскорт из шести собратьев, не в состоянии сделать то же, с ревом промчался над самыми людьми, взъерошив им волосы, посрывав порывом ветра головные уборы и заставив многих испуганно пригнуться.
– Право, полковник, – недовольно проворчала Маргарита, едва успев придержать шляпку. – Ваши подчиненные – ужасные лихачи…
– Воздушная гвардияс, мадам! – даже в такую минуту счел возможным приосаниться Левченко, гордый за своих «мальчишек».
А истребитель уже бежал по полосе, постепенно гася скорость. Какието мгновения, и вот он уже вальяжно вырулил к невольно попятившимся «встречающим». Ктото нервно захлопал в ладоши, ктото поддержал его, и вот уже вся толпа зарукоплескала в едином порыве отважному разведчику, в буквальном смысле этого слова возвратившемуся с «того света».
Турбины взревели в последний раз и стихли, а после некоторой задержки колпак кабины медленно открылся. Люди уже буквально отбивали ладоши на грани истерики, когда пилот поднялся во весь рост и помахал собравшимся рукой, словно дирижер, одним жестом обрывающий концерт.
– Чего ждете, сучьи дети? – рявкнул полковник, с некоторым недоумением разглядывая покрасневшие ладони. – Трап ротмистру!
Опомнившиеся техники тут же приволокли трап, и пилот, освобождаясь на ходу от шлема, легко сбежал на потрескавшийся бетон аэродрома. Он оглядывался по сторонам с таким любопытством, что казался не возвратившимся путешественником, а пришельцем, изумляющимся увиденным. Но быстро справился с собой и бодро зашагал к встречающим.
– Александр… – порывисто шагнула вперед баронесса, – Павлович. Вам не кажется, что вы несколько задержались?
Бежецкий словно споткнулся на ровном месте, по лицу у него пробежал странный тик, но…
– Я спешил. Здравствуйте, господа!
«Что нужно сделать? – бежали в голове бедной женщины мысли, сталкиваясь и меняя направление. – Пожать руку?.. Обнять?..»
А он смотрел на нее не как обычно: так, как смотрят немного уставшие от начальства подчиненные, тем не менее слишком дисциплинированные, чтобы нарушить субординацию. Он просто пожирал глазами ее лицо, словно пытаясь
