Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
литье, кажется…
Вот и все. Финал долгой и плодотворной карьеры. Проигрывать тоже нужно с достоинством. Жаль только, что мемуары, которые разом превратились бы в мировой бестселлер, так и останутся ненаписанными.
В дверь требовательно постучали.
– Кто там? – крикнул мистер Ньюкомб, не вставая из кресла.
– Уборка номеров, – откликнулся мужской голос, никак не ассоциирующийся с образом миловидной уборщицы. – Откройте.
– У вас же есть ключ.
За дверью ненадолго затихли, но миг спустя в замке уже гремел ключ…
Формальности заняли около двадцати минут. Все это время мистер Ньюкомб просидел в своем кресле, за спинкой которого теперь стояли двое хмурых «гостей», и с улыбкой наблюдал все перипетии профессионально производимого обыска. Проверенная на наличие яда и прочих сюрпризов сигара снова была у него в пальцах, только закурить ее он не торопился.
Наконец все процедуры были завершены. Безрезультатно, кстати, – всетаки «журналист» тоже был профессионалом.
– Собирайтесь, – бросил арестованному некий чин в гражданском, которому все без исключения жандармы, в том числе и давешний «бой», подчинялись беспрекословно. – Вам придется проехать с нами, мистер… эээ…
– Ньюкомб, – с улыбкой подсказал «журналист». – Роджер Саймон Ньюкомб, сэр.
– Я имел в виду ваше настоящее имя.
– У меня нет иного, сэр.
– Хорошо. Мы разберемся. Собирайтесь.
– Я готов, сэр, – поднялся Ньюкомб из кресла. – Однако…
– Что?
– Вы не позволите мне напоследок выкурить сигару?
– Курите.
– Мне совестно, сэр. Столько людей… Среди них могут быть и те, кто не выносит дыма, сэр. И даже страдающие легочными заболеваниями! А гаванские сигары такие крепкие… Разрешите мне на минуту выйти на балкон, сэр.
Чин в гражданском размышлял всего секунду.
– Хорошо. Колокольцев, идите с ним. Он тоже заядлый курильщик, – с легкой издевкой пояснил он арестованному. – Но курит только в неслужебное время.
– Отлично, сэр. Тем более что сигар у меня осталось не так уж и много… Разрешите? – Ньюкомб указал на изъятые у него ножнички и коробок спичек.
Больше всего штабротмистр опасался, что арестованный попытается сделать с собой чтонибудь своими игрушечными ножничками, но тот лишь аккуратно отрезал кончик сигары и спрятал инструмент в нагрудный кармашек пиджака. Видя, как иностранец пытается прикурить от спичек, тут же гаснущих на сыром ветру, он достал из кармана зажигалку:
– Не мучайтесь вы…
– Спасибо, – поблагодарил Ньюкомб и вернул изящную вещицу – подарок от сослуживцев на тридцатилетие, – полюбовавшись предварительно отделкой. – Хотя сигары рекомендуется прикуривать именно от спичек, зажигалка тоже подойдет. Когда наступает форсмажор, не до условностей, верно?
Арестованный мирно курил, облокотившись на перильца ограждения, попрежнему улыбаясь и думая о чемто своем. Вдыхая ароматный дымок, действительно куда более ядреный, чем у любимых штабротмистром сигарет, Колокольцев несколько расслабился.
«Профессионал, – думал он, следя за прихотливыми формами дымных струй. – Действительно профессионал. Какое самообладание, а?..»
Он с гордостью вспоминал, каких усилий ему стоило добиться прослушки номера, как он скрупулезно собрал улики, чтобы арест иностранца не выглядел произволом… Несомненно, этот эпизод весьма благоприятно отразиться на его карьере. Примерно так и выразился шеф, когда ему на стол лег подробнейший рапорт. Следующий чин – наверняка без проблем, а там, глядишь, и…
Занятый приятными мыслями K°локольцев успел заметить нацеленную ему в горло ладонь «журналиста» лишь краем глаза и слишком поздно.
«Да, до моря далековато… – пронеслось в мозгу Ньюкомба. – Не допрыгнуть… Хотя почему бы не попробовать?..»
Безвольно оседающий на пол лоджии конвоир бессильно смотрел, как легко его подопечный вскакивает на парапет, презрительно улыбается ломящимся в стеклянные двери жандармам и, так и не выпустив из зубов дымящуюся сигару, шагает в пустоту…
Случайного автомобиля под окном, как это сплошь и рядом бывает в «шпионских» фильмах, почемуто не оказалось, поэтому остолбеневшие от ужаса прохожие видели, как нечто темное с сочным мокрым звуком врезалось в асфальт, обдав все вокруг на несколько метров веером алых брызг, и осталось лежать неподвижной уродливой грудой.
Лишь окурок сигары, откатился в сторону и долго еще тлел, рождая тонкую струйку голубоватого дыма…
Катя
