Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
распахнулась от удара, и на пороге вырос офицер, сопровождаемый тремя вооруженными солдатами.
– Прекратить стрельбу! В чем дело, господа?!
– Ну вот… – протянул ктото. – Появился Девятый, и все опошлил…
Успокоить начальника гауптвахты, совмещавшего эту должность с должностью главы местной военной полиции, удалось не без труда.
– Вы бы хоть на воздух вышли, что ли! – продолжал кипятиться офицер вполнакала. – Не продохнуть ведь тут! По какому поводу стрельба?
– Да вот, пистолет поручика пристреливали.
– Нука, нука! – заинтересовался капитан Девятый, успевший между делом опрокинуть рюмочку.
Саша обреченно подал оружие новому соискателю…
* * *
– Ну вы поглядите, что за ослы! – оторвал Александра от мыслей Лисицын. – Нет, говорю я вам, поручик, что с этой армией мы много не навоюем.
– А мы разве собираемся воевать?
– Ха! А чем мы сейчас, повашему, занимаемся? Марлезонским балетом?
– Извините, штабротмистр, я тут всего три дня…
– А в России что – ничего про здешние дела не знают?
– Честно говоря, – пожал плечами Бежецкий, – не очень… Печатают коечто в газетах, по телевизору иногда показывают… Я, конечно, подозревал…
Лисицын махнул рукой и отвернулся.
– Это война, молодой человек, – продолжил он минуты три спустя. – Что бы там ни говорили в России, как бы ее ни называли – замирением горцев, наведением порядка или еще как, – это война. Самая обычная колониальная война. Британцы вон двести лет ведут такие войны по всему свету, и не стесняются называть это своим именем. А нам, совестливым, почемуто стыдно… Толстовцы… Так вот, Александр Павлович, если бы британцы всех своих врагов, во всех своих многочисленных колониях топили в крови своих солдат – туманный Альбион давнымдавно обезлюдел бы. Поняли они это, слава богу, рано и принялись в каждой новой колонии заводить армию из туземцев. И только офицеров ставили своих.
– Но ведь полагаться на такую армию нельзя!
– Ха! Кто вам это сказал? Воюют не хуже чистокровных британцев! А в чем секрет? Дисциплина! – проговорил по складам штабротмистр, назидательно подняв вверх палец. – И, между прочим, воюют не только в колониях. Вспомните Вторую Восточную – вы ее наверняка изучали в училище. Тяжко нашим солдатикам пришлось против их гуркхских стрелков да сикхских гвардейцев! И в последнем Китайском конфликте, замечу, тоже. Мы, правда, этих вот вояк никуда тащить не собираемся, но хотя бы в своих горах пусть повоюют, как полагается.
Лисицын прервал свою лекцию и несколько минут сыпал в адрес вновь сломавших строй афганцев таким отборным матом, что Саша, к такому словоизвержению не слишком привычный, смущенно отвернулся.
– Зачем вы ругаетесь? – спросил он, когда офицер выдохся, а на плацу водворился относительный порядок. – Они же не понимают.
– Не понимают? Ха! Все они понимают! Между прочим, мат эти сарбозы зазубривают в первую очередь! Вы бы послушали, как они друг с другом общаются – «е…» да «мать…» через слово. Будто под Рязанью родились – заслушаешься! Если бы еще все остальное у них так же получалось – цены бы этому воинству не было…
– Но ведь у англичан получается?
– Получается. И у германцев в их Восточной Африке получается, и у французов – в Северной и Центральной. Вы их зуавов или марокканцев в деле видели? Хотя откуда… А я вот видел. Скажу вам, что бойцы – первостатейные. Пожалуй, в ряде случаев нашим казакам фору дадут. Даже итальяшки сомалийцев своих дрессируют – любодорого посмотреть. А мы – пфффр! – он издал губами неприличный звук.
– В чем же дело?
– В материале, так сказать. Завоевав Туркестан, мы тоже пытались создавать туземные войска. И что? До сих пор большего, чем вспомогательные части, не получалось. Я не имею в виду отдельных офицеров – выходцев из Азии…
– Но ведь те же киргизы…
– Во! В точку. Есть племена и народы, для войны просто созданные, а есть – не расположенные к ней никоим образом. Север Афганистана и окрестности Кабула в том числе, населены народами, близкородственными нашим таджикам и узбекам. На этом даже претензию России на Афганистан наши дипломаты выстроили, помнится. А вот на юге… – Лисицын махнул рукой в сторону гор. – Совсем другое дело. Там – вотчина пуштунских племен. Вот те – воины на все сто процентов. Еще говорить не умеют, а таскают дедовскую винтовку выше себя вдвое. Набрать армию из них – почище британских сикхов с гуркхами будут.
– А что этому мешает?
– Политика… – вздохнул сокрушенно штабротмистр, погрозив кулаком афганскому «коммадору»,
перетянувшему зазевавшегося солдатика бамбуковой тростью вдоль спины. – Ну что ты поделаешь! Запрещай
