Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
спиной. – Я, старая дура, и подумать такого не могла… Прости меня, Саша.
– За что? – опешил «Казанова».
– За то, что испортила тебе твой первый… Понимаешь, это должно случиться с тем, кого любишь…
– Я тебя люблю.
– Что ты, что ты!..
– Нет, я серьезно. Я в самом деле тебя люблю.
Саша даже привстал на локте, озаренный новой, только что пришедшей ему в голову идеей.
– Я женюсь на тебе!
– Ты шутишь?
– Нет, я говорю серьезно! Ты не замужем, я холост. Что нам может послужить препятствием? Выходи за меня замуж!
Женщина вновь приблизилась к кровати. Юноша не видел ее лица, лишь темный силуэт.
– Какой же ты у меня всетаки мальчик, – ласково произнесла Варвара, присаживаясь на простыню. – Маленький, глупенький мальчик… Ну, иди, иди ко мне…
Он хотел возразить, но пряно пахнущая ладонь прикрыла ему рот, и все слова на свете сразу потеряли смысл…
* * *
Саша летел в «клуб», как на крыльях. Подумать только: теперь он – настоящий мужчина! Не сопливый юноша, знакомый с женским полом накоротке лишь в горячечных, полных стыдного томления, эротических снах, не герой выдуманных «взрослых» рассказов сверстникам, разинувшим рты. Настоящий!.. И не случайно, не мимолетно – целую неделю, целых семь дней уже длилось его нежданноенегаданное счастье. Подумать только…
Швырнув завалявшуюся в кармане мелочь старому попрошайке у знакомых дверей, Бежецкий влетел в зал прямо посреди взрыва гомерического хохота. Да и отсмеявшись, никто не повернулся в его сторону. Все присутствующие, позабыв про выдыхающееся в бокалах пиво, теплящуюся водку и вино, остывающий кофе и прочие обыкновенные в «клубе» напитки, внимали поручику Еланцеву, замершему перед слушателями в позе эстрадного чтеца и лихорадочно листающему листы тетради в синем клеенчатом переплете.
«Поручик снова лицедействует, – с некоторым неудовольствием подумал Александр, присаживаясь на свободный стул и нетерпеливым жестом подзывая заслушавшегося полового Василия. – Но это чтото новенькое. Обычно он импровизировал. Неужто сочинительством занялся наш остряк?…»
– Не томите, поручик! – недовольно пробасил капитан Чердынский. – Что вы там тасуете страницы, будто карточную колоду. Читайте по порядку!
– Да, господа! Следовало загодя сделать закладки какиенибудь…
– Ах, оставьте, – оправдывался «лицедей». – У меня просто не было времени подготовиться.
– Читайте все, – раздался чейто незнакомый голос из угла, затянутого клубами табачного дыма, – там обыкновенно скрывались фанатики игры в нарды, которым до всего остального было мало дела. Но теперь, похоже, проняло даже их. – Подобного я не слыхал пожалуй что с самой России!..
«Что это он читает? – невольно заинтересовался поручик, небрежно кивнув лакею, поставившему перед ним высокий запотевший стакан ледяного лимонада. – Наверняка какието непристойности…»
– Подождите, подождите, господа, вот… Да, точно…
Еланцев принял еще более картинную позу, отставил тетрадь в вытянутой руке от глаз и прочел с завыванием:
– «Кабул – главный город Афганистана или в более тесном смысле северовосточной части его – Кабулистана, которая ограничивается на севере Гиндукушем и Кафиристаном, на западе областью живущих в пустынях Паропамиза (в Гурджистане) аймаков и хазара, на юге – Кандахаром, на востоке – Пешаваром и другими лежащими по правому берегу Инда бывшими индобританскими местностями и орошается текущею с запада на восток быстроводною рекою Кабулом. Город находится на высоте двух тысяч метров над уровнем моря, в ущелье, на берегах реки Кабул, и с трех сторон окружен высокими горами, оставляющими лишь узкий проход; на них построена крепостная стена, ныне пришедшая в полную ветхость и местами представляющая собой сплошные руины. Около ста пятидесяти – двухсот тысяч жителей, в том числе много армян и евреев. Улицы узки и грязны, дома высоки, с плоскими крышами, иногда вроде небольших крепостей. Кабул – важное складочное место для караванов между Персией и Индией и центр значительной торговли. К югу от города известен надгробный памятник великого могола Бабура, а к юговостоку, на выдающемся уступе скалы, крепость БалаХиссар; на склоне горы старый эмирский дворец и прилежащие к нему ров и вал. Выше крепости, на вершине скалы – цитадель и еще один дворец, построенный ДостМухаммедом…» Каков слог, а?!
– Прямотаки СеменовТяньШанский…
– Нет, господа, Пржевальский!
– И тоже «ский». Вы заметили?
– Нет, я определенно это гдето читал, – недовольно заметил попрежнему невидимый в дыму давешний игрок в нарды. – Это чистый плагиат, господа!
«Да, именно этот фрагмент я наглым образом украл у Брокгауза
