Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
ВВС, – сея под собой смерть и разрушение. Вот окутался дымом пронзенный дымной струей ракеты грузовик, вот завалился набок подброшенный взрывом вездеход… Александр, пригибаясь, бежал к охваченной пламенем бронемашине, думая лишь об одном: «А ведь там, под броней, мог быть я…»
Споткнувшись о чтото мягкое, он сперва не понял, что это такое, но потом, когда разглядел остекленевшие, уставившиеся в небо глаза на лоснящемся от копоти, разом осунувшемся лице, согнутые в локтях в отстраняющем жесте черные руки и странно обрывающийся под грудиной торс, от которого к перевернутому броневику тянулись темные перекрученные «веревки», понял, что это – переводчик Насыров…
– Сволочииии!.. – прорычал офицер, выхватил из кобуры «беретту» и не отрывал пальца от спускового крючка, пока не высадил по проносящемуся над головой «Старфайтеру» всю обойму. И долго еще клацал вслед ему курком впустую, не замечая слез, катящихся по лицу и размывающих копоть и грязь…
Рядом громко и часто, но совсем бессистемно защелкало, и Саша резко развернулся к горящему вездеходу.
«Патроны! В грузовиках же боеприпасы!..»
Метнувшись к ближайшему фургону, он, ломая ногти и сшибая в кровь костяшки пальцев, сорвал задвижки, крепящие задний борт, схватил и выдернул из кузова, заполненного едким дымом, окрашенный защитной краской ящик. Еще и еще один…
Будто в том, забывающемся уже сне, он таскал и таскал тяжеленные ящики, вышвыривая их на дорогу. Пот пропитал одежду, струился по лицу и разъедал глаза, но он ворочал и ворочал тяжести, словно это могло чтото изменить. Горели почти все грузовики, и его сил, даже умноженных десятикратно, не хватило бы, чтобы спасти и часть груза.
– Остановитесь, – дернул его ктото за полу мундира, но он только отмахнулся, продолжая выкручивать из рассыпавшейся пирамиды застрявший ящик. – Это бесполезно!
Только через минуту до него дошло, что, кроме него, погибшего Насырова и раненого Федюнина, во всей колонне больше никто порусски не говорит.
– Что вы сказали? – обернулся он к «афганцу» – одному из кучки понурых «сарбозов», данных ему под начало в Кабуле как «опытных водителей».
– Это бесполезно, – повторил «сарбоз». – Оружия в машинах нет – это отвлекающий маневр.
– Как нет… Кто вы такой?
– Вахмистр Мухамедьяров, – представился невысокий худощавый азиат, четко беря под козырек мятой панамы. – Приставлен к вам ротмистром Кавелиным, ваше благородие.
«Сарбозы» уже повылезали из щелей, куда забились при налете, и теперь тараканами сновали по ущелью, сбивая пламя с грузовиков. Они тоже не походили на прежних.
– Что за отвлекающий маневр? – Поручик спрыгнул на землю и вытер дрожащей рукой пот со лба. – Объяснитесь, вахмистр.
– Настоящий груз отправлен другой дорогой, – отрапортовал тот, не слишком, в общемто, вытягиваясь перед офицером из другой «епархии». – Мы сыграли роль подсадной утки.
Не веря ему, Бежецкий присел над только что сброшенным на дорогу ящиком, сорвал свинцовую пломбу на проволочке и откинул дощатую крышку, ожидая увидеть там все, что угодно, только не битые кирпичи, стреляные гильзы и прочий мусор.
– Были получены сведения, – продолжал объяснять Мухамедьяров, – что англичанам стало известно о времени и месте передачи груза. Поэтому настоящий караван заменили обманкой…
– Обманкой? – Саша махнул рукой в сторону убитого переводчика и еще одного из «сарбозов», которого как раз сейчас поднимали с дороги двое других. – Такой ценой?
– Это война, господин поручик, – покачал головой вахмистр. – Потери неизбежны. Представьте, что было бы, накрой «Старфайтеры» настоящую колонну.
– А это не потери?
– Относительно невелики, ваше благородие.
Один из солдат подбежал к жандарму и, косясь на офицера, чтото зашептал ему на ухо.
– Все готово, ваше благородие, – снова козырнул тот. – Ваш раненый уже в кузове одного из уцелевших грузовиков. Вы поедете с ним или в кабине?
– А…
– Убитые будут доставлены позже. Вместе с поврежденными машинами. Я оставляю здесь команду, они присмотрят. Расторопные ребята эти местные жандармы! – похвалил он. – Одно удовольствие с ними работать…
* * *
«Ну вот, ты и стал подсадной уткой, поручик, – размышлял Александр, привалившись к упругому тенту спиной в темном кузове и покачиваясь, когда машина прыгала на кочках. – Какое повышение! Сперва мотаешься на ржавых жестянках, жжешь конопляные делянки нищих декхан, потом тащишь через всю страну ящики с мусором… Интересно, когда тебя отправят чистить сортиры?»
– Ваш… – донеслось с пола.
– Федюнин? – чиркнул зажигалкой поручик, пытаясь разглядеть раненого, лежащего на импровизированной
