Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
глазками по Сашиному лицу.
– Затем, чтобы вы не перестреляли тут нас всех, – не без труда отнял «игрушку» поручик и передал сидящему рядом с ним вахмистру Ярцеву. – Да и привести надо оружие в божеский вид. Вахмистр этим на земле и займется, если выдастся свободная минутка. А то у вас на втором же патроне затвор заклинит.
– Так точно! – гаркнул вахмистр, присланный вместо погибшего Селейко. – Сиять будет, как у кота… под хвостом, извиняюсь.
– А как же я? – пробормотал фон Минден, глядя на отнятый автомат, будто младенец на погремушку. – Мнето с чем оставаться?
– В бою добудете, – улыбнулся Бежецкий. – У туземцев. Шучу, шучу! – добавил он, заметив, как вытянулось лицо у поручика (солдаты попрежнему сохраняли непроницаемое выражение, и только по глазам было видно, чего им это стоило). – Вон же у вас кобура на боку. Надеюсь, не пустая?
– Капитан Ховринский, – подал голос Ламберт, – носил в кобуре стакан и огурец. Чтобы не нарушать формы одежды. А пистолет, по его словам, ему было удобнее носить за пазухой. У вас там случаем не огурец? С обеда ничего не ел.
– Нет, – покраснел поручик. – Пистолет. Мой табельный «федоров». И я, говорят, неплохо из него стреляю. Желаете убедиться лично, прапорщик?
– Вопросов не имею! – Насмешник захлопнул рот и сделал такое движение рукой, будто застегивал «молнию».
– Может быть, вы? – повернулся фон Минден к Саше. – Охотно предоставлю вам такой случай по возвращении!
– Что вы, – вполне серьезно ответил Бежецкий. – Я нисколько не сомневаюсь.
– Тото, – отвернулся поручик.
«Кто бы сомневался, что вы отлично стреляете… сэр, – подумал молодой человек, изучая профиль человека, виденного так близко впервые. – Или как там? Мистер? Как минимум, двое могли в этом убедиться на собственном опыте… Но мы еще посмотрим, кто кому предоставит случай…»
* * *
– Нет тут никого. – Ламберт закинул на плечо свой трофейный «томпсон» и картинно облокотился на дувал: хоть на обложку «Русского инвалида» снимай или для «Нивы». – Ни пленников, ни зинданов. Ребята дело знают – не впервой искать.
– А что местные говорят?
Поручик Ямщиков, держа автомат под мышкой, подошел к офицерам и прикурил от сигареты, протянутой ему прапорщиком. Слой рыжей пыли, лежащей на загорелом лице ровно, словно грим стареющей красотки, сглаживая черты лица, в нескольких местах пересекали струйки пота. Косметика войны… Саша знал, что выглядит точно так же. Здесь все так выглядели.
– Как всегда, – плавно повел рукой в перчатке с обрезанными пальцами «пластун». – Клянутсябожатся, что знать ничего не знают и ведать не ведают.
Только здесь, от знакомого штабротмистра, летевшего в первом вертолете, вместе с командиром отряда, капитаном Михайловым, Бежецкий узнал, что на счету прапорщика Ламберта десятки боевых выходов, множество спасенных пленных и еще больше – уничтоженных инсургентов. И ему стало стыдно за то, что он осаживал в вертолете бывалого вояку, как старший по чину младшего. Да и по возрасту, как оказалось при свете дня, прапорщик оказался старше Александра лет на семь… «Чтото там у него не то, – пожал плечами штабротмистр Зангеури, отряд которого «зачищал» вместе с Михайловым соседний кишлак. – То ли по прошлой службе, то ли уже здесь… Дело темное. Год назад он был поручиком, через год, смотришь, снова им станет… К орденам представляют регулярно, только все наградные листы под сукно кладут…»
– Мой Рахимов с ними общаться умеет, – улыбнулся прапорщик, продемонстрировав стальную коронку на переднем зубе. – Ничего не скрывают.
– Он что, иголки им под ногти загоняет? – хмуро поинтересовался Ямщиков.
– Да вы что? – вылупил цыганские глаза Ламберт. – Ничего подобного. Просто текинец он, поместному лопочет – заслушаешься. Даже акцент какойто, говорит, местный у него есть. Дед его еще при Алексее Николаевиче отсюда в Туркестан сбежал, женился, все такое… Как сядет с местными бородачами и давай болтать… Они дичатся, дичатся, а потом, смотришь, чаи уже гоняют, друзья – не разлей вода.
– Все равно, не верю я этим зверькам, – сплюнул под ноги Ямщиков. – В глаза они все такие, в дружбе клянутся… А чуть спиной повернулся – ножик под ребро. Сволочная нация.
Он махнул рукой и пошел к вертолету.
– Заставу у него месяц назад вырезали, – посмотрел вслед поручику Ламберт. – Всех как есть, шесть человек.
– Я не слышал…
– Так не афишировали это. К чему панику сеять? Покойникам не поможешь, а у людей кошки на душе скрести будут… Вот он и ходит как оплеванный – мальчишек не уберег. И в поиск этот напросился сам. Смерти ищет поручик.
Саша посмотрел вслед поручику, распекающему какогото солдатика за неряшливый вид, другими
