Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
За камнем этим. Если весь коридор не обвалился… Кликни мне Киндеева, и пусть тащит сюда пластит. Не хрен без толку пропадать!
– Чего вы задумали, товарищ лейтенант? – струхнул украинец, снова, как всегда в минуты волнения, переходя на «москальску мову». – Это ж горы! Вдруг обвал…
– Выполнять! – прикрикнул Александр через плечо, спускаясь по хорошо известному уже маршруту. – Я эту гору к такойто матери разворочу, а Максимова добуду. Хоть живого, хоть мертвого!..
Но когда пятнадцатью минутами позже прапорщик ПГВ
Киндеев, приданный взводу Бежецкого только на этот выход, а посему – лицо как бы постороннее, на пару с Перепелицей притащили к зеву пещеры тяжелый ящик со взрывчаткой, они застали командира задумчиво сидящим перед ходом.
Открытым ходом. Каменной глыбы, наглухо запирающей коридор, не было и в помине…
– Товарищ лейтенант! – кинулся на колени перед лейтенантом Перепелица: прапор, много повидавший на своем армейском веку без малого сорокалетний мужик, лишь молча чесал в затылке могучей пятерней. – Давайте уйдем отсюда! Нечисто тут! Чертовщина какаято деется! Не было хода – появился, был – снова пропал… Теперь вот…
– Чертовщина, говоришь? – повернул к солдату необычно спокойное лицо офицер. – Вижу, что чертовщина. Только что делатьто? Спасать надо товарища.
– Правильно, лейтенант! – бухнул молчунпрапорщик. – Своих бросать – последнее дело.
– Значит, так, – перешел на деловой тон лейтенант. – Перепелица! Берешь Емельянова, Карневича, Барсукова и Ленькова. Полная выкладка. Пять минут вам на сборы.
– Товарищ лейтенант…
– Зассал, Перепелица? Выполнять приказ!
– Вы, товарищ прапорщик, – повернулся Саша к Киндееву, даже не глядя вслед унесшемуся сержанту: лентяй и хитрован, тот, видимо, понял, что игры кончились и шутить лейтенант более не намерен. – Остаетесь за старшего. Если я не вернусь до утра или эта… – он запнулся на мгновение, – штука опять закроется – ждите сутки и сообщите по начальству. Поняли?
– Точно так, – степенно ответил Киндеев.
– Самому никаких действий не предпринимать. Не рискуйте зря бойцами, прапорщик, – сбавил тон Бежецкий. – Ни к чему это…
– Понятно.
– И еще, – лейтенант провел каблуком кроссовки черту на полу. – Вот за эту линию никого не пускайте. Поставьте здесь бойца, и пусть бдит. Чтобы нини. Чем черт ни шутит…
– Когда Бог спит, – закончил прапорщик и похлопал Александра по плечу. – Не переживай, лейтенант: все, что от меня зависит, я сделаю. Не первый, чай, день в рядах несокрушимой и легендарной, – подмигнул он. – А ты тоже, это… На рожонто не лезь. Не все в человеческих силах, понимаешь?
– Понимаю, – согласился Саша.
Ему вдруг стало легко и просто, как бывает, когда примешь важное решение и знаешь, что с пути не свернешь…
Ни за что.
– Кто такой?
Саша напряженно вглядывался в лицо жмурящегося от непривычного света расхристанного парнишки с обширной ссадиной на скуле. Одежда его была похожа на военную форму, только вот темнозеленые эмблемки на уголках воротника он идентифицировать никак не мог. И сбивала с толку обувь: несерьезные какието, похожие на спортивные шнурованные тапочки на резиновой подошве. Не вязались они с пусть и мешковатой, но явно военной одеждой защитной окраски.
– Рядовой Максимов, – проскулил солдатик, наконец проморгавшись. – А номер части не скажу! Хоть на куски режьте!
– Русский?
– Даа… А вы кто?
Подобного обмундирования в Российской армии Бежецкий припомнить чтото не мог, но и не верить мальчишке не было резона. Мало ли какие фасоны могут быть в ходу в армии в том же Туркестанском крае? Или это бухарец?
Хотя порусски говорит чисто, помосковски «акает».
– Повернись, – Александр разрезал веревку, стягивающую еще помальчишески тонкие запястья. – Бежецкий, – представился он. – Поручик Бежецкий.
– Товарищ лейтенант?! – подскочил на месте солдатик, забыв про все еще связанные ноги. – Александр Павлович?! Вы за мной пришли? Я знал!.. Простите, не признал сразу!..
– Не лейтенант, а поручик, – поправил его офицер, перерезая веревки на ногах. – Ты что – флотский?..
– И тут до него дошло, что пленник только что назвал его по имениотчеству. Правильно назвал. – Ты меня знаешь? Откуда?
– Вы что – шутите, товарищ лейтенант? – чуть не плакал солдат. – Это же я, Максимов! Из вашего взвода!
– Прекрати меня называть лейтенантом! – одернул его Александр. – И не было у меня во взводе никогда никаких
