Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
перстень. – Не спорьте – наградой. И за что полученной, я тоже знаю.
Он встал и прошелся по комнате, чуть поскрипывая обувью и задумчиво качая головой. Молодой человек сидел, словно загипнотизированный, не в силах оторвать взгляд от мерцающего на столе перстня.
«Будто змеиный глаз, – в который раз подумал он: камень в самом деле был огранен так, что создавалась иллюзия узкого черного зрачка посредине камня. И, куда бы он ни поворачивал голову – зрачок словно поворачивался за тобой. – Глаз кобры…»
Тут же вспомнилась змея, виденная мельком в горах, свой страх, ледяными струями стекающий по спине…
– Вот ведь везунчик вы, Александр Павлович, – снова нарушил молчание полковник. – Служите без году неделя, а уже и от Отечества награда, и от врага… Ох, и наворочали вы там с господином Кавелиным…
– Я не мог.
– Что не мог?
– Не мог убить короля. Мы с ним были почти друзьями.
– А он ведь вас… чуть не смог.
– И он бы не смог. Если бы не тот проклятый мундир афганского гвардейца… Он узнал бы меня и тоже опустил бы оружие.
– Эх, романтизм, романтизм… – вздохнул Федор Михайлович. – Изрешетил бы он вас, молодой человек. Сито бы из вас сделал. Ходили бы и посвистывали, как дырявая грелка. Если бы ходили вообще.
– Я не верю в это.
– Значит, Восток, Александр Павлович, вас так ничему и не научил…
Оба помолчали.
– Я знаю, что виноват, – сказал Саша. – Изза меня теперь там, в горах, гибнут русские солдаты…
– Изза вас? – изумился жандарм. – Эк вы хватили, дорогой мой! Изза вас… Да вы, извините меня покорно – пешка в этой игре. Даже не пешка, а букашкатаракашка. А все это, – он ткнул рукой в окно, вероятно, выходящее на восток, – изза фигур покрупнее. Гораздо крупнее.
– Но я же не убил МахмудШаха, а теперь он возглавил инсургентов, воюющих с Россией.
– И слава богу, что не убили! Вы, если хотите знать, наоборот, исправили ошибку, сделанную здесь, в Петербурге. Свержение МахмудШаха и возведение на афганский престол Ибрагима Второго было абсолютно непродуманным ходом.
– Но ведь Ибрагим – пророссийский политик, – возразил Бежецкий. – Все в Кабуле об этом только и говорили, надеясь, что покойный АхмадШах сделает выбор в пользу старшего племянника. Он, не скрываясь, заявлял, что приложит все усилия, чтобы теснее связать Афганистан с Империей.
– Вот именно, что заявлял, – хмыкнул полковник. – Это же Восток, Александр Павлович. Говорят «пять», а в уме держат «четыре». Или «шесть». Между прочим, этой своей болтовней он практически разрушил все усилия российской дипломатии в Королевстве.
– Как – разрушил? – не понял поручик. – Но ведь он теперь на троне! И первым заявлением его как нового афганского монарха была просьба к России о вассалитете. Разве не этого наши дипломаты добивались все последние годы? Ведь от вассальной клятвы один шаг до полноценного вхождения в состав Империи. Индийские княжества…
– Аналогия с Индийскими княжествами здесь не совсем уместна, молодой человек, – строго возразил Федор Михайлович, теперь напоминая университетского профессора на лекции. – Индийские княжества просто сменили ослабевшего суверена – Британию – на более сильного и близкого – Россию. Да и то – не все. Афганистан же долгие годы был не просто формально независимым государством, как большинство восточных эмиратов, княжеств и султанатов. Он, благодаря мудрости своих правителей и выгодному расположению, умудрялся лавировать между самыми разными центрами силы, ни к одному из них не приближаясь настолько, чтобы быть затянутым в его орбиту. На любого гиганта, появлявшегося на их горизонте, афганские монархи тут же находили противовес – ближний или дальний, который его уравновешивал. Так было, когда, фактически находясь в орбите Англии, предшественник покойного короля завязал отношения сразу с Россией и Германией, так было, когда, приблизившись к нам, АхмадШах стал делать весьма прозрачные реверансы в сторону Персии… Так случилось бы и сейчас.
– Но этого ведь не произошло! На кабульском троне Ибрагим Второй – друг и вассал России!
– Не слишком умный и весьма недальновидный политик. Еще будучи наследным принцем, он настроил против себя покойного короля, добрую половину знати… Причем, я бы сказал, не самую плохую половину – пусть и прозападного толка – почти все учились в Берлине, Париже… И в Лондоне тоже – куда же без него. Но половину вполне цивилизованную, образованную и готовую к модернизации страны. С ними можно было бы договариваться – они легко шли на контакт… Причем большая часть из них – повосточному жадна и позападному прагматична. Их можно было простонапросто купить. А что мы имеем сейчас? Вторую половину – полностью восточную. Вчерашних
