Мог ли представить себе уставший от рутины нынешней жизни вояка — майор российских ВДВ Александр Бежецкий, томящийся в чеченском плену, что он не только обретет свободу, но и окажется в императорской России и будет вовлечен в самую гущу событий?
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
звать, молодец? – вспомнил он о гвардейце, все еще стоящем с пистолетом в опущенной руке.
– Турэн Хэкматияр! – гаркнул тот, вытягиваясь во фрунт.
– Метко стреляешь, капитан, – изволил улыбнуться эмир. – Жалую тебя полковником!
Вне себя от радости, свежеиспеченный полковник рухнул на колени и попытался поцеловать расшитую золотом домашнюю туфлю повелителя.
– А вот этого не люблю, – нахмурился тот. – Убирайся, полковник!.. Ишь, развели азиатчину!
– Ну что – продолжим? – потер ИбрагимШах ладони, вновь оказавшись за столом. – Эй, кто там! Коньяку!..
Увы, продолжение было коротким: осушив еще один бокал, его величество устал и изволил прилечь тут же, лицом в тарелку, а его гость, пока слуги хлопотали над бесчувственным телом повелителя, поспешил откланяться.
– Извините, любезный, – оказавшись в коридоре, Александр поманил пальцем давешнего капитана, облагодетельствованного эмиром – с лица одуревшего от радости гвардейца не сходила идиотская улыбка. – Не подскажете, где тут у вас…
Золотая восьмиконечная звезда тяжело булькнула в ватерклозете и тут же скрылась из глаз. Поручик чуть было не бросил туда же второй подарок эмира, но вовремя удержал руку. Перстень, судя по всему, был самый обыкновенный – никаких признаков жизни, подобно своему собрату, не подавал, но стоил, наверное, тоже немало.
– В конце концов, – сказал сам себе Александр, любуясь игрой света в камне, – надо подумать и о дальнейшей гражданской жизни…
* * *
– Баа! Кого я вижу!
В отличие от ИбрагимШаха, ротмистр Кавелин совсем не изменился. За исключением того, что плечи его украшали погоны подполковника.
– Да, повысили в чине, – похвастался он. – И немудрено: работыто прибавилось изрядно! А вы, смотрю, чтото сдали, Александр Павлович. Со здоровьем нелады?
– Да, есть маленько… – уклончиво ответил Бежецкий. – Вы, наверное, в курсе, почему я здесь?
– Да, есть маленько, – улыбнулся Кавелин. – А потому и вопросов не задаю. Государственные дела – понимаем, что к чему. И готовы оказывать всяческое содействие, как было велело. Что угоднос?
– Угодно поскорее добраться до СанктПетербурга, Кирилл Сергеевич. – Саша не разделял игривого настроения жандарма. – И желательно, минуя всякие проверки, кордоны и карантины.
– Ну что же, – сразу посерьезнел подполковник. – Тогда ночку проведете здесь, а поутру мои люди доставят вас на аэродром. Отсутствие препонов гарантирую – мы всетаки весьма уважаемая в Империи гильдия.
Молодой человек вяло кивнул и направился было вслед за вызванным по телефону Кавелиным вахмистром, но в дверях остановился.
– Чтото еще?
– Господин подполковник, – Александр тщательно подбирал слова. – Вы наверняка знаете всех в русской колонии…
– Ноблес оближ.
– блеснул познаниями жандарм. – Это моя работа, так сказать. Кто именно вас интересует?
– Одна женщина. Варвара Лесникова.
– Лесникова… Лесникова…
Подполковник задумчиво потер указательным пальцем переносицу, подошел к шкафу с выдвижными ящиками, выдвинул один с картотекой и долго в нем копался. Потом задвинул этот, выдвинул другой и снова погрузился в поиски.
– Вот, – протянул он Бежецкому тонкую картонную папку, когда тот уже совсем отчаялся дождаться результата. – У нас все точно, как в Государственном банке. Только вынужден вас разочаровать, Александр Павлович: Лесникова Варвара Степановна, мещанка Хоревского уезда Оренбургской губернии, убита при обстреле еще в прошлом году, тело доставлено на родину и предано земле. Соболезную. Погибла ваша дама сердца, поручик.
– Вы и это знаете…
– А как же? Обязан по долгу службы. Тем более что сия барышня не раз попадала в поле нашего зрения.
– Не понял?
– Легкого поведения была покойница, прости Господи, – подполковник перекрестился на иконку в углу кабинета. – Возникали нюансыс… Пардон, если ненароком задел ваши чувства.
– Нет, ничего, – поручик вернул документы жандарму. – Между нами давно все было кончено. Я просто хотел удостовериться…
Его действительно мало тронула смерть этой женщины. Тем более что с фотографии в деле смотрела довольно вульгарная, на его взгляд, крашеная блондинка с глупыми глазами и пикантной родинкой над верхней губой.
Совсем не его Варвара…
Александр стоял на верхней ступеньке облицованного карельским гранитом крыльца Управления и, подставив лицо северному ласковому солнышку, беспричинно улыбался. Какието люди заходили в здание и выходили из него, порой толкали его плечом, бормоча себе под нос не то извинения,
