Что делать человеку, попавшему в чужой мир — вернуться или рискнуть остаться. Возвращаться не хочется, а оставаться опасно — уничтожить новичка жаждут многие. И в их распоряжении магия, магические камни и амулеты. Хорошо еще, что он тоже кое-что умеет и может защищаться. Но выжить непросто — приходиться покрутиться. Ведь в этом мире все иное, чем на Земле, а разбираться некогда.
Авторы: Аленичев Александр
она тянется ко мне.
Приходится её поцеловать, что я делаю с большим удовольствием, и отправить вниз, погладив на прощание по попке. Приятная девушка, но мои мысли уже на занятии по магии. Допиваю великолепный кофе и ложусь отдохнуть. Меня будит «телефон» — Тиум предлагает подняться к нему и вместе отправиться на полигон. Собираю все свои «игрушки» — клинки, пистолет и подвеску с метательными ножами, и нацепляю их по себе. Мне надо оценить своё вооружение, а для этого необходимо прочувствовать его. Он глядит на меня и усмехается:
— Никак опять в поход собираешься!
— Вдруг повезёт совершить налёт на Дом бейлифа, — я настроен шутить и дурачиться.
— А серьёзно, — Тиум не принимает шутки.
— Я никогда не был на вашем полигоне и не знаю, что там меня ждёт и оружие надо проверить. — Беру со столика кувшин с соком, захотелось пить.
Мы спускаемся на лифте в подвал, потом долго идём по неширокому тоннелю, а затем другой лифт опускает нас глубоко под землю. Полигон — это много комнат с толстыми стенами между ними. Мы заходим в большую, размером со школьный спортзал, и располагаемся в торце, а всю противоположную стену занимает толстый деревянный щит, укреплённый заклятием. Зал почти пустой, только сбоку от нас сиротливо стоят две лавочки и лежат стопки матов, а сзади по стене и потолку идёт лестница.
— Покажи, — говорит Тиум, — что ты умеешь.
— И с чего мне начать?
— Начни с атакующих заклинаний, которые ты можешь делать без амулетов.
— А что именно?
— Давай по стихиям: огненный шар, ледяная стрела, землю пока пропустим, молния, веер ножей, подвеску с метательными клинками лучше пока заблокируй, и ядовитый плевок, а также всякие их модификации.
Огненный шарик ослепительно белого цвета вырывается у меня из ладони и выжигает в щите заметную ямку. Следом за ним с моих пальцев срываются пять шариков помельче, и ложатся вокруг выжженной ямки, образовав правильный пятиугольник. В середину бьёт ледяная стрела, выбивая наружу струю осколков, а в середины сторон пятиугольника с пальцев вонзаются ледяные иглы. По краям выжженной ямки справа и слева ударяют одна за другой молнии. Яд я делать не умею, поэтому в верхний край ямки послана большая капля царской водки. На всю эту демонстрацию у меня ушло десять секунд.
— А как делать веер ножей — я не знаю.
— Впечатляет, — после паузы комментирует Тиум, — особенно скорость исполнения. Заклинания ерундовые, отбить любое из них — раз плюнуть, но отразить подобную серию не просто. Даже в свои лучшие годы я мог не успеть парировать, только учти, если маг такой поток отобьёт — то ты труп. И когда и где ты эти заклинания успел выучить?
— Ещё на Земле. А позавчера заметил вокруг в воздухе их плавающие схемы. Прочесть структуру, а потом вспомнить было не сложно, благо мне приходилось их рисовать. Сейчас вхожу в соответствующее состояние, вызываю узор заклинания и насыщаю его энергией.
— То есть ты видящий?
— Откуда я знаю. А с чем их едят?
— Видящие способны видеть тонкую структуру мира.
— А что такое толстая структура?
Тиум укоризненно смотрит на меня и говорит:
— Не корчи из себя дебила, понимаю — ты устал, на Земле отдохнёшь.
Потом добавляет:
— Гляди прямо и, не поворачивая голову и глаза, посмотри на стену справа. Что видишь?
— Какие-то серо-коричневые полосы.
— То есть ты видишь не просто полосы, а серо-коричневые.
— Они медленно колеблются вверх-вниз, иногда частично перекрывая друг друга. За ними нечто вроде линий, изображающих то ли знаки, то ли какую-то схему, — я не понимаю, что он хочет от меня, и немного фантазирую.
У него отпадает челюсть. Удивляюсь, что не слышу её стука об пол.
— Эти линии и есть тонкая структура мира, — благоговейным шёпотом произносит он. — Как ты читаешь висящие в пространстве заклинания, так по этим линиям можно прочесть прошлое, настоящее и будущее нашего мира. Конечно, быть видящим опасно, за вами охотятся, но и чрезвычайно полезно. О том, что ты видящий, надо молчать, даже с Жаин.
— Но ясновидцев, как и очевидцев, во все века сжигали люди на кострах, — вывожу я.
— Именно так, хотя сейчас не сжигают, но им от этого не легче.
Перевожу взгляд налево, там полос меньше и линии видны лучше. Они образуют несколько знаков — я прошу младший камень их запомнить. Далее Тиум описывает более сложные заклинания и предлагает выполнить их. Они мне знакомы, но показываю только два — осталось мало энергии. Далее мы занимаемся теорией, и я описываю все заклинания, которые умею делать. Тут мы заспорили — он считает, что надо бить одним мощным заклятием, а я предпочитаю серию из нескольких разных — по-моему, их отразить сложнее. Для проверки
