Десять лет бывший землянин, ныне известный как Тим Ройс, прожил на Ангадоре. За это время он успел изведать многое. Клинки нимийских солдат и огонь Мальгромской крепости. Клыки тварей из пещер Харпуда, когти вампиров из Цветущих холмов. Ярость бури в Рассветном море. Но даже гнев огнедышащего дракона не сломил его. Сможет ли это сделать арена Териала, где бывший наемник примерит роль гладиатора?
Авторы: Клеванский Кирилл Сергеевич Дрой
к судеб почти всего мира. А может даже и всего.
Впереди зазвучал приглушенный стук метала о камень и резкие грубые крики. Советник ускорил шаг, а его седые волосы замерцали в свете масляных ламп, подвешенных в этом рукаве. Вскоре, за поворотом, показалась лестница. И если вы думаете, что это была деревянная, приставная лесенка, в которой ступени держаться на честном слове и паре мотках войлочной веревки, то вы сильно ошибаетесь. Это была цельная каменная лестница, вырубленная в скале и уходящая вниз, к плато, мерцающему в огнях, пляшущих на золотых прожилках в своде и стенах.
Лишь странник ступил ногой на ступени, как звуки работы и криков смолкли, а к посетителю заспешил коренастый муж, один из не многих, кто не держал в руках мешок, кирку, кувалду или жестяные ручки массивной тачки. Впрочем, советника больше занимала лестница, чем Главный шахтер, коим и был этот плечистый мужчина с жестким взглядом карих глаз.
Каждый шаг по каменным ступеням словно отзывался тысячами лет истории. Каждый вздох, будто сотрясал вехи целого мира, сокрытых от обычных разумных и их летописцев. Все плато, вся огромная пещера, теряющаяся во тьме, была пронизана тайной, мистерией столь таинственной и ужасной, что от одного лишь взгляда на неё веяло смертью. Но этого не замечали две сотни копателей, работающих здесь…
— Советник Гийом, — склонил голову Главный шахтер. — Мы ждали вас.
— Конечно ждали, если уж послали за мной, — фыркнул маг.
Шахтер вздрогнул и побледнел, от него разило страхом. Но не перед пещерой, а перед визитером.
— У вас есть что мне сказать?
— Д-да, конечно, прошу вас, — шахтер протянул руку и указал туда, где самая толстая и яркая золотая прожилка упиралась в скалу.
На миг в глубоких глазах Главы одного из аристократических родов отразилось нетерпение, граничащее с безумием, но вскоре этот отблеск померк. И все же странник слишком быстро зашагал в указанном направлении. Слишком сильно от него веяло предвкушением, которое испытывает марафонец при виде заветной ленты. Каждый из присутствующих здесь чувствовал это, и от того становилось лишь страшнее.
Всего за три минуты советник пересек плато и оказался перед стеной, в которой терялась жила. Гийом, тяжело и резко дыша, пригляделся и увидел в трещине саму тьму. Но меньше чем через удар сердца, тьма обернулась чернотой неведомого металла, от которой так и тянуло таинственным волшебством. Столь древним, что о нем даже не осталось легенд и преданий. Волшебстве, навсегда потерявшемся в хитросплетении чернильных рун летописей.
— Сквозь тьму золотая нить приведет к Вратам, — еле слышно прошептал старик, водя рукой по трещине. Он закинул голову вверх и свет его глаз чуть померк. Если это и были те самые Врата, то они были просто огромны. Десять, нет, дюжина метров в высоту и пять в ширину. То есть по два с половиной, на каждую створку, а времени так мало…
— Сколько?! — рявкнул маг, заставляя вздрогнуть каждого, кто слышал этот мощный, тяжелый голос. — Сколько времени вам потребуется?!
— Сем-м-мь, м-м-может восе-м-мь сезонов, — Главный шахтер съежился и попытался скрыться во тьме.
Раздался щелчок, а Гийом, ставший в десяти метров от коренастого начальника, вдруг оказался вплотную с прорабом. Он навис над ним, как маяк на морской гладью. Шахтер сглотнул и стянул с себя подобие рабочей каски.
— Даю вам пять, — спокойно прошептал советник. Но лучше бы он кричал, потому как этот шепот был страшнее рева разбуженного дракона. — И если не справитесь…
— Справим-м-мся, — резко закивал головой местный начальник. — Чтоб м-м-мне в бездну провалиться — справимм-м-мся.
— Хорошо. Потому что если нет — ваше желание будет исполнено.
И аристократ, последний раз взглянув на трещину, развернулся и зашагал прочь с плато. Шахтер же, облегченно вздохнув и утерев со лба выступивший пот, вдруг расправил плечи и посерьезнел лицом. Обернувшись к работникам, он подобно грому рявкнул на них и тут же закипела работа и застучали кирки, кувалды и молота. Стали трещать мешки, наполняемые породой и скрипеть колеса нагруженных тачек.
А советник все отдалялся, скрываясь во тьме, угрюмо прореживаемой светом ламп. И редкий отсвет освещал предвкушающую ухмылку на лице, испещренном морщинами. Оставалось всего пять сезонов, как откроются врата и мир вновь вздрогнет при одном лишь слове — император. И пусть сам советник этого уже не увидит, но они с другом будут вместе с небес наблюдать за тем, как вновь засияет блеск Бесконечной Империи. Всего пять сезонов до смерти и до безумной мечты, которая вдруг обернулась реальностью.
Наверно стоило бы описать то, как я себя чувствовал
