Десять лет бывший землянин, ныне известный как Тим Ройс, прожил на Ангадоре. За это время он успел изведать многое. Клинки нимийских солдат и огонь Мальгромской крепости. Клыки тварей из пещер Харпуда, когти вампиров из Цветущих холмов. Ярость бури в Рассветном море. Но даже гнев огнедышащего дракона не сломил его. Сможет ли это сделать арена Териала, где бывший наемник примерит роль гладиатора?
Авторы: Клеванский Кирилл Сергеевич Дрой
и потрясающие воображение удары, но тот плавно уходил от них, чтобы мгновением позже с яростью штормовой бури прочертить саблей новую полосу.
Тварь стонала и рычала, но не могла достать северянина, больше похожего на перо, парящее по ветру. Но если перо парило не по своей воле, подчиняясь законам потока, то боец сам был этим потоком. Он разил и разил, сверкали вспышками его клинки, а песок стал черным от пролитой крови.
Но сколько бы раз его сабли не находили свою добычу, с жадностью вгрызаясь в горячую, пылающую плоть, демон не слабел. Все так же были сильны и стремительны его удары, взрывом отзывающиеся лишь коснувшись поверхности. Все так же яростно сверкали звезды бездны, неведомым образом уместившиеся в глазницах, заменяя сами глаза. Никакой удар не мог сломить тварь и оборвать биение её сердца. Но человек не демон, у него есть свои пределы.
В какой-то миг плавное движение северянина обернулось сбивчиво резким и демон не упустил свой шанс. Он с резким свистом ударил бойца когтистой ногой. В воздухе бутонами расцвели кровавые брызги, а смертный пролетел по воздуху, врезавшись в стену. Судорожный хрип вырывался из его растерзанной, проломленной груди. Обвисли руки, затуманился прежде ясный взгляд.
Демон, запрокинув голову, загоготал и облизнул желтые клыки. Он вновь взмахнул мечом и на этот раз в сторону северянина полетела черная сфера диаметром почти пол метра. Боец, отлепившись от стены и упав не песок, крутанул запястьями и в тот же миг вокруг него взвилось торнадо. Оно растрепало сферу и лентами рассеяло её по воздуху. Этот удар был отражен.
Гладиатор с трудом поднялся на ноги и в тот же миг его глаза широко распахнулись. Он не мог этого видеть, но в тот же миг, когда в свой скоротечный полет устремился сфера мрака, за ней вдогонку ринулся демон.
Исполинский, кровавый меч нашел свою жертву. Он насквозь пронзил гладиатора, прибив того к стене. Демон нагнулся и что-то зашипел на ухо человеку. Бес сомнений, тот держался лишь на последнем ударе сердца. С такой раной не выжить никому. Это была безоговорочная победа. Так подумал и сам демон, если верить его победному рыку, буквально разрывающему барабанные перепонки в ушах зрителей. Но рык прервался.
Демон стол, держа свой меч воткнутым в стену, а перед ним туманом истаивала призрачная фигура гладиатора. Тварь опустила свои глаза ниже и увидели, как у него из сердца торчат два черных клыка, коими были кончики сабель, пронзивших грудь отрыжки бездны.
Обернувшись, шакал увидел лишь спокойное, но бледное лицо человека, в чьих глазах буйствовала безумная буря. Окровавленный, изломанный, северянин сумел обмануть бессмертного, закаленного в веках сражений.
Ворон взмыл в небо.
— Тыыы, — прохрипел демон. — Я пррронзил тебя!
— Ты пронзил ветер, — прошептал я.
Сил говорить не было. У меня были сломаны почти все ребра, вывихнута нога, растерзана грудина, а в теле, наверно, почти не оставалось крови. Это был мой проигрыш. Пронзенное сердце лишь замедлит моего врага, но никак не убьет. Я так и не смог найти способа, чтобы повергнуть бессмертного.
— Это не конец, Геррриот, — хрипел демон, и я понимал, что он прав. Я даже стоял лишь из чувства гордости, держась лишь на одной воли. — Скоррро, уже скоррро мои браться и сестррра освободяться и мы затопим ваш миррр кррровью. Слышишь? Мы пожрррем ваших жен и детей, мы окрррасим океаны в крррасный цвет! Мы погасим ваше солнце, мы пррридем!
Демон засмеялся, а я приготовился ко смерти. Но последний удар все никак не приходил. И тогда я почувствовал, как что-то вырывает сабли из моих рук. Приглядевшись сквозь мутную пелену, накрывшую меня совсем недавно, я различил контуры шакала, заваливающегося на песок и утягивающего за собой Лунные Перья. Без сомнений — он был мертв.
Все, на что меня хватило, это глупо, но в то же время иронично выругаться:
— Демон! — после пришла тьма.
И вновь Седой Жнец ушел ни с чем. Пожалуй, было странным уже то, что я не погиб на арене и что вместо меня помер демон. Но не менее странным, было то, что я выжил после. Хотя здесь было одно резонное объяснение — жижа. Все демоны бездны… Больше никогда не буду так ругаться. Кхм. Все темные боги — дайте мне хотя бы одну баночку с ней, отпустите на землю и через декаду, может две, я стану самым богатым её жителем.
Впрочем, сидевший напротив меня старший малас, явно так не думал. Во всяком случае он трижды отклонял мой план по экстренному обогащению. Что самое обидное — даже ни разу не дослушав.
— Черный мифрил, — наконец произнес он, глядя на мои клинки.
— То есть эту кровищу не отмыть? — уныло спросил я.
После того боя, мои сабли, мои любимые верные сабли, из
