Фанфик к «Земля Лишних» Андрея Круза о том, как человек попадает из Земли ненужных в Землю свободных людей. «…Невольно хочется подвести некоторые итоги моего пребывания на Новой Земле. Я очень старался делать так, чтобы хотя бы в новом мире простым и хорошим людям стало легче жить, а всяким нелюдям, рвущимся к власти и поклоняющимся золотому тельцу, не было даже возможности существовать. Что из этого получилось — не знаю. Всегда лучший оценщик всех деяний — это ВРЕМЯ!…»
Авторы: Гуранов Егор
Пропустив мое умное замечание мимо ушей, Егерь, тыкая рукой в сторону крупного мужчины с вислыми усами, проговорил:
— Смотри-ка и ‘Дядьку’ тут-ко есть.
Вот мы и приехали. Относительно быстро вылезли и Григорьич отправил Егеря пристроить на стоянку наш транспорт под присмотр. И мы с Григорьичем, точнее я за ним, пошли дальше. Так сказать в народ, отыскать его знакомых. А тут черт, или кто еще, хоть Егерь еще не подошел, дернул Григорьича за язык, пригласить желающих в нашу Общину. По разговорам я понял, некоторые из них считают, что они находятся где-то в Австралии, а не на другой планете.
Тут меня окликнули староземельским именем, на что я не сразу среагировал, а просто повернулся на крик и увидел, пробивающегося ко мне ВитькА со свалки. Тот самый ‘тросоплет’, пропавший месяца два назад. Выглядел он нормально. Ведь тут пить им явно не давали. Вот и положительные стороны его плена выявились.
— Здрав будешь, ‘тросоплет’, — сказал я, пожимая крепкую рабочую руку — я теперь Егор. Егор Кулибин.
— Что Кулибин — это точно подмечено. А я вот стал Витьком Тросоплетом.
— В смысле ‘тросоплетом’?
— А у всех нас, то есть у тех, кто со свалки и других бомжей и не очень, везли в кунге — человек тридцать. Когда проходили ‘зеркало’, мы все были под кайфом. Гадостью какой-то кололи. Про это ‘зеркало’ сообщил нам бомж Лексеич, ‘нарк’ со стажем. А когда стали в себя приходить, то их главный, кивнул головой в сторону поста охраны, требует сказать ‘кто ты’ и ‘какая у тебя специальность’ и свободен. То есть обратно в кунг. Вот так я стал Витьком Тросоплетом. С другими также поступили. Так и появились Аркадий Слесарь, Николай Инженер, Генка Электрик. Даже есть Толик Ботало. Он у нас бригадиром числился при этих ‘черных’ — и сплюнул на землю. Интересно получается, народ сразу определил их по цвету их поганые душонки в ‘черные’.
— Не все прошли ‘зеркало’, — продолжил свой рассказ Витек. — ‘Профессор’ сразу ‘дал дуба’. А Семеныч в этот же день, но уже здесь. Лексеич тоже тут, спустя несколько дней — ломка была, сердце не выдержало.
— Сколько вы уже здесь?
— Да где-то с месяц, не больше.
— Так ты исчез примерно пару месяцев назад.
— А нас недели две-три мурыжыли, собирали. Нас с Аркашкой закинули в кунг, где уже сидел профессор, Генка, инженер и Семеныч. Возили нас под охраной по городам и весям, пока не добили битком кунг. Затем повезли к ‘зеркалу’. Вот так я тут и оказался!
Да-а! Спецов по свалкам России собирать, только ‘совок’ мог до этого додуматься. Никто их не хватиться. И спецы, что надо. Только ‘высушить’ их чуток, да отмыть. Последним, судя по всему, никто не заморачивался.
Не решаясь что-то сказать, стоит и мнется. Наконец собравшись с остатками смелости, проговорил на одном дыхании, как выпалил:
— Я хотел бы в Вашу Общину записаться.
— Мы не общественная организация и не партия. К нам не надо записываться. Просто приходи на Совет Общины, и мы там решим твой вопрос — быть или не быть с нами. Узнаешь наши большие требования к общинникам. Может тебе не понравиться.
— А другим желающим можно?
— Конечно. Приходите все вместе на наш Совет. Расскажем как у нас. Вас послушаем.
Григорьич вместе с Толиком пошел в массы, продолжая настойчиво искать своих знакомых.
Тут как тут появился морячок, присланный за нами. Он сообщил, что нас ждут — не дождутся в кают-кампании сухогруза. Так как из НАС остался я один. Егерь еще не появился на горизонте, а Григорьич уже ‘растворился’.
— И где ваша славная кают-кампания — поинтересовался я.
— Вот там! — показал моряк на надстройки, занимающие пространство от борта до борта — и находиться кают-кампания нашего судна.
— А проводить гостей — намекнул я.
Тяжело вздохнув, моряк шустро почесал по палубе. Я еле успевал за ним.
У двери кают-кампании, как я правильно угадал, стоял тот же охранник — телохранитель, что и в Представительстве. Вот он-то и пропустил меня прямо с ходу в помещенье. За столом кают кампании сидел майор. На столе лежала солидная пачка ID-шек. Штук пятьдесят. Может больше.
Майор прямо с порога огорошил меня заявлением:
— Как будем решать с трофеями?
Набрав полную грудь морского воздуха, сказал:
— Как договаривались! А что-то изменилось после наших с вами договоренностей?
— Хватит вам двадцати пяти процентов?
— Теперь уже только двадцать пять процентов. А о трех транспортных средствах будем говорить? Ведь мы договаривались об операции, что весь транспорт, оружие …
— Из транспорта там два немецких тягача. Один военный КамАЗ тентованный **. Три ‘Унимога’ и один КШМ на базе ‘шишиги’. Кунговый ‘Урал’. И это все!
