Иногда случается так, что опереться в жизни не на кого. Ты одна, и помочь тебе никто не может. Но есть шанс все изменить. Надо просто однажды посмотреться в старое зеркало… и что именно тогда изменится? Твоя жизнь? Ты сама? А может, и жизни других людей? Будьте осторожны со старыми зеркалами, никогда не знаешь, кто может оттуда выглянуть.
Авторы: Гончарова Галина Дмитриевна
— Я не настолько сильная.
— Разве? — подколола Матильда.
— Ладно. Настолько. Но эти силы лучше потратить на что-то другое, более приятное.
— Тогда — краеведческий музей?
— Конечно!
— И мороженое?
— Шоколадное. В шоколаде и в вафельном рожке…
— Обжора. Я с тобой растолстею…
— Мы столько не съедим.
— Но попробовать-то можно?
— Пошли пробовать!
И девушки уверенно направились к киоску. Для них замечательный день продолжался, полный приключений и удовольствий
— Вот что ей не так?
Давид совершенно искренне не понимал эту девушку. Такую странную. Такую простенькую с виду, и сложную внутри.
Если бы она играла, набивала себе цену, кокетничала… да хоть что-то!
Он бы увидел это, и успокоился. Игра стандартная.
А она ведь была полностью искренна в каждом своем слове, жесте, взгляде… он был ей неприятен, и только из уважения… нет, даже не из уважения. Она просто работала на Антона и не хотела терять место, а потому была безукоризненно вежлива. И только.
Девушка выбивалась из общей канвы мира Давида. Уютного и комфортного мира, в котором он мог делать все, что душе пожелается, Асатиани были богаты. Эдуард Асатиани, грузин по крови, приехал в Россию еще в те времена, когда она была Советским Союзом, и не пожалел. Ему нравилось жить свободно, нравилось зарабатывать деньги, нравилось…
Да много чего.
Но жену он себе подобрал тоже грузинских корней. И детей воспитывал в определенных традициях. Сестры Давида уже были замужем, а сам он пока развлекался. Хоть и наследник, но погулять же надо…
Малена небезосновательно считала Давида «золотым мальчиком», он действительно без счета тратил деньги и гонялся за юбками, но был у парня еще и большой плюс.
Давид был гением от архитектуры.
Он не просто рисовал здания, он просчитывал все до мельчайших подробностей, он мог на чутье найти ошибку в сложнейших вычислениях, он рисовал трехмерные проекции, не задумываясь. Он это просто видел…
Половина зданий, которые строил его отец, проходила через руки сына. Эдуард способен был здраво оценивать отпрыска…
Проходили бы и все здания, но лень…
И — да! Хочется побеситься, пока молодой…
Антон, искоса наблюдающий за сменой выражений на лице хорошего друга, только хмыкнул. Да, нашла коса на камень. А ведь девочка действительно интересная. Необычная.
— Не знаю. Просто она не хочет.
— Почему?
— Я ее сам иногда не понимаю, — честно признался Антон. — Думал, обычная телка, а она сложнее…
— Ты и она…
— Нет. У нас ничего не было.
Давид вгляделся в друга.
Обычно они не соперничали из-за женщин, иногда даже делили одну на двоих, но сейчас ему не хотелось упускать добычу. Нет, не хотелось…
— Ты не предлагал — или она не согласилась?
— И то, и другое.
— Не трогай ее…
— Ты что — запал?
— Как жарко, — подала томный голос блондинка с заднего сиденья, недовольная поворотом разговора. — Тоша, давай остановимся, водички купим? Только без газа?
— Сглохни!
— Цыц!
Мужчины оказались единодушны и почти единогласны. Будет тут еще всякая лезть в серьезный разговор…
Блондинка надула губки, но увидев, что никакого воздействия это не оказывает, успокоилась. Антон и Давид переглянулись.
— Давай так, — решил Антон, — кого она сама выберет, того и выберет.
— Так нечестно. Ты с ней постоянно…
— А ты заходи чаще?
— Давай ты лучше ее не трогаешь в рабочее время…
— А после работы пусть думает?
— Почему нет. Так спортивно.
— Все равно тебе ничего не светит.
— Это еще почему?
— Ты не в ее вкусе.
— Я во вкусе любой женщины с мозгами, — ухмыльнулся Давид. — А ты просто злишься.
— Было бы на что. Только предупреждаю сразу, еще одной залетевшей секретарши я не вынесу.
Давид фыркнул.
— Если от меня кто-то залетит, отец мне сам все оторвет. Ты же знаешь, у меня даже невеста есть.
Приличная девушка из хорошей семьи, между прочим. Девственница, мамы-папина дочка, скромная и послушная. А вы как хотели?
Погулять можно с любой. А жениться…
Каких детей ты можешь получить от девицы, которая роту солдат через себя пропустила? В определенных вопросах Давид был и оставался типично восточным мужчиной.
А его отношение к женщинам…
А что тут скажешь? Если человек не видел от женщин ничего, кроме доступности?
— Обещаю этого Малене не говорить.
— Вот и не говори.
Джип мчался по дороге. Блондинка на заднем сиденье дула губки.
Не гады, а? Она к ним со всей душой,
