Зеркала. Дилогия

там уйти из-под надзора!
Шарлиз понимала, что это к лучшему, что не стоит крутить интрижки незадолго до знакомства с женихом, что надо блюсти себя… хотя бы пока.
Понимала.
Но хотелось до ужаса.
Хотелось ощутить горячие мужские руки на своем теле, двигаться с ним в такт, стонать — и ловить губами ответный стон…
Судьба, видимо, уловила просьбу Шарлиз и решила выполнить ее. Как и обычно — по-своему.
Мало ли — сорок тысяч степняков на дороге? Или много?
Для отряда Шарлиз этого с лихвой хватило. Так вот и меняется жизнь…
Ты возлежишь в кресле на палубе, вокруг тебя суетятся слуги, ты обсуждаешь с фрейлинами что-то очень важное, вроде ткани для нового наряда, а потом…
Потом начинается УЖАС.
Галера резко останавливается так, что люди летят головами вперед, за борт. Вообще, она наткнулась на цепь, которой степняки перегородили русло реки, но Шарлиз в этом не разбиралась. Она просто вскочила — и тут же полетела навзничь. Еще и порадовалась, что так повезло.
С берега летят стрелы, небо темнеет, отовсюду слышны крики и хрипы, и ты беспомощно молишь Брата и Сестру спасти, защитить и смилостивиться, но услышат ли они?
Шум стоит такой, что ты и крика своего не слышишь…
Ты прячешься под стол, под кресло, прижимаешься к крашеным доскам палубы, и молишься, чтобы все обошлось.
И смотришь, как рядом раскинулась твоя фрейлина, которую ты знаешь вот уже несколько лет. Графиня Менар, мамина знакомая, которая ехала в другую страну с мыслью найти себе мужа. Сейчас она лежала на палубе, и из ее груди торчала короткая черноперая стрела. И самым страшным для Шарлиз было то, что стрела двигалась в такт дыханию графини.
Сначала двигалась, а потом перестала.
Шарлиз рада была бы потерять сознание, но настолько небеса не смилостивились над ней. Увы…
Описать бой она тоже не смогла бы. Просто в какой-то момент на палубе появились степняки. Откуда?
С небес?
Или из-под воды?
Они убивали всех на своем пути, не щадя матросов, те сражались, но силы были неравны, слишком неравны. И падали защитники Шарлиз, и лилась кровь по палубе, звенели клинки и стонали умирающие.
Беглецов добивали стрелами.
А потом под стол заглянула плоская узкоглазая харя, в шапке, отороченной лисьим мехом, и потянула к Шарлиз руку.
А на пальцах у степняка была кровь, и на палубе кровь…
Беспамятство показалось Шарлиз благословением.

В отличие от изнеженной принцессы, Арман Тенор, палубный матрос, разобрался в ситуации мгновенно. И понял, что произошло.
Набег степняков?
Э, нет…
Для набега их слишком много. Это — война. Они идут вдоль Интары, идут в глубь Аллодии, их много и настроены они крайне серьезно.
Как они справились с галерами?
Да просто.
Разведка доложила, что сверху вниз по течению, из Саларина, идет несколько галер с сопровождением. Остальное — дело техники.
Выбрали место, где река поуже, натянули цепь, устроили засаду. И дождались, пока глупая дичина в нее на явится.
Арман, правда, в числе дичи не оказался.
Интара — полулесная река, а он на воде вырос. Потому и матросом стал, что иной жизни для себя не представлял. Сейчас на речной галере, потом на морском корабле, туда тоже сразу так не устроишься, это в сказочках можно в порт прийти, комкая шапку и попроситься, и тебя тут же возьмут, хоть в матросы, научат…
Ага, пять раз подряд, линьками…
Кому нужны неумехи на корабле? Пушечное мясо, разве только… а этого не хотел уже Арман.
Так что гонял он галеры по Интаре, присматривался к кораблям в портах, что в Саларине, что в Аллодии, он хоть и саларинец, но работать лучше там, где платят больше и условия лучше, сведения о капитанах, уже даже прикинул к кому пойдет. Вот, сезон откатает — и можно топать, наниматься.
Хорошего матроса — его завсегда видно, и ценят его намного больше, чем вчерашнюю дубину только от сохи.
А что сделает хороший матрос, вылетев за борт?
Правильно. Нырнет поглубже, чтобы не размозжило голову веслом, или еще чем… Арман и нырнул. Вот как вылетел, еще в воздухе соображая, что не просто это так, ой, не просто.
Нырнул, потом на миг высунул голову, оглядеться, оценил обстановку — и опять нырнул. Чтобы под водой проплыть к берегу. И укрыться в густых ветках топляка.
Там Арман и собирался пережидать весь ужас. И даже УЖАС.
А что?
Класть голову за его величество и за Саларин в целом? Ага, нашли дурака. Спешу и падаю, валяюсь и ругаюсь…
Арман отлично видел, что степняков… нет, не много. Их слишком много.
Тысяча, не меньше, а то и побольше. И это наверняка не все.
Галеры налетели