Иногда случается так, что опереться в жизни не на кого. Ты одна, и помочь тебе никто не может. Но есть шанс все изменить. Надо просто однажды посмотреться в старое зеркало… и что именно тогда изменится? Твоя жизнь? Ты сама? А может, и жизни других людей? Будьте осторожны со старыми зеркалами, никогда не знаешь, кто может оттуда выглянуть.
Авторы: Гончарова Галина Дмитриевна
— вполне. И поговорить тоже.
Она дождалась, пока официант отодвинет стул, легко управилась с салфеткой — и поглядела на Давида.
— Итак?
Давид пронаблюдал за этим спектаклем с большим удовольствием.
— В воскресенье день рождения у моего знакомого. Приглашает на шашлыки, на природу. Составишь мне компанию?
Малена вскинула брови.
— Что именно предполагается? Сколько времени это займет? Что за компания? И почему нужна именно я?
Давид кивнул еще раз.
— Отвечаю по порядку. Предполагается вечеринка на природе. У знакомого есть дом за городом, небольшой, метров на триста, вот там все и пройдет. Мы приедем часа на три-четыре, потом уедем. У тебя права есть?
— Только обязанности, — улыбнулась Малена, понимая, что речь идет об автомобильных правах.
Давид хохотнул.
— Жаль. Значит, пить не буду. Компания хорошая, но своеобразная.
Малена молча ждала продолжения.
— У меня есть две сестры — Манана и Нателла. Или, как их переиначили здесь, Маша и Наташа.
Малена кивнула.
— Ты уже поняла, что Асатиани достаточно обрусевшая семья?
Опять кивок.
— Мой отец — грузин, и то, в Советском Союзе все перемешалось. Традиции, обычаи… я несколько раз был в Тбилиси, но я там чужой. Свой по внешности, чужой по менталитету.
Давиду пришлось прерваться, потому что им принесли кофе и тарелочки с пирогом.
Малена отпила глоток и закатила глаза.
— Божественно… — и уже не успевшему уйти официанту. — Передайте мою безграничную благодарность гению, сварившему этот нектар.
Официант, с округлившимися глазами, кивнул — и исчез.
Пирог — ягоды вишни, кисловатые и терпкие на тонком кусочке воздушного текста, под пышным облаком нежных сливок, был восхитителен, и как нельзя лучше оттенял вкус кофе.
Малена искренне наслаждалась… целых тридцать секунд. А потом вернула свое внимание Давиду.
— Прошу простить меня за впечатлительность. Итак, у вас достаточно обрусевшая семья.
— Да. Поэтому дочерей отец выдал замуж за русских.
Малена присвистнула. Правда, мысленно.
Это — серьезный союз. Сколь ни обрусей Асатиани, семья для них — святое. И парни, которые женились на неизвестных ей девушках… вряд и это было просто. Вряд ли это просто — сейчас.
— Андрей — партнер по бизнесу мужа Мананы.
— А чем они занимаются?
Давид улыбнулся, но как-то криво.
— Асатиани — строители. А у Андрея с Сергеем свое производство стройматериалов. Несколько заводов, кирпич, цемент, шлакоблоки…
Малена плохо в этом разбиралась, но кивнула.
Серьезно…
— Там надо появляться со спутницей?
— Безусловно. А мне — вдвойне, потому что и Манана и Нателла готовы загнать меня в ярмо брака. И будут подсовывать мне девушек. Наверняка. Ты не имеешь на меня никаких видов, я уже понял. А отбиться сможешь и от роты невест.
Малена хмыкнула, делая еще глоток кофе и отправляя в рот ложечку сливок.
Восхитительно…
— Во сколько мне надо быть готовой?
— Воскресенье, двенадцать дня. Я заезжаю за тобой, и мы отправляемся. Верну тебя домой к шести — семи вечера, выспаться успеешь.
— Благодарю.
Здесь и сейчас Малена благодарила именно за понимание.
Она — работает. И не может появиться на работе, как иногда Антон — живым зомби с ракетным выхлопом. Она работать приходит, а не руководить, ей высыпаться надо.
— Да не за что. У нас еще есть пятнадцать минут… будешь еще кофе?
Малена вздохнула.
И хочется, и колется… кофе-то вкусный, но сердце потом будет колотиться. Он же крепкий, зараза, неохота остаток дня летать, как на реактивной тяге.
Прежде, чем она успела дать ответ, у стола опять материализовался официант.
— Комплимент от шефа.
На стол перед девушкой опустилась еще одна чашка с кофе. Уже не черным, уже с пышной шапочкой пены и шоколадным сердечком на ней. И таким же восхитительным вкусом, но не столь крепким, чтобы заколотилось сердце…
Малена искренне поблагодарила за кофе еще раз, в самых изысканных выражениях, не сомневаясь, что на этот раз ее слышит и кофейный кудесник, Давид подождал, пока спутница расправится со второй чашкой, сунул в принесенный счет несколько купюр, и они покинули гостеприимное заведение.
— Форма одежды? — уточнила Матильда уже в джипе.
— Джинсы. Там все будет демократично. И возьми с собой что-то теплое, на всякий случай.
Малена кивнула.
— Обязательно.
— Может, сходить с тобой в магазин? Все же…
— У меня дешевые джинсы. Я понимаю. Но думаю, что не стоит этого делать.
Давид нахмурился.
— Тебя это ни к чему не обяжет. Реквизит…
