Иногда случается так, что опереться в жизни не на кого. Ты одна, и помочь тебе никто не может. Но есть шанс все изменить. Надо просто однажды посмотреться в старое зеркало… и что именно тогда изменится? Твоя жизнь? Ты сама? А может, и жизни других людей? Будьте осторожны со старыми зеркалами, никогда не знаешь, кто может оттуда выглянуть.
Авторы: Гончарова Галина Дмитриевна
просовываешь кончики волос, потом закручиваешь пряди вокруг ленты, и под конец загибаешь концы проволоки. Получается вполне симпатичный узел.
Это годится не для всех типов волос, но такие, как у Матильды и Малены, светлые, легкие, послушные и средней густоты, укладывались идеально.
Твистер, хеагами…
Матильда подсказала Малене, что именно надо заказать у кузнеца, а герцогесса расстаралась. Потом вместе обшили лентой, декорировали жемчугом, и получилось просто великолепно.
Мария-Элена потренировалась, и волосы укладывались в красивую прическу почти мгновенно.
Теперь челка, подстриженная по настоянию Матильды, провести по ней щеткой из кабаньей щетины (раритет, но ведь волосы-то слушаются!), и улыбнуться своему отражению в зеркале. Простая полированная металлическая пластина, Малена там видна очень условно, но все равно — зрелище приятное.
— Шаль накидываем?
Матильда подумала.
— Наверное, да. И утро — прохладно. И напомнить всем о трауре надо… Давай вон ту, серо-белую…
Выбранная шаль больше всего напоминала шарф, но тут главное обозначить статус. Облако кружева окутало плечи, и Малена вышла из комнаты.
Чтобы тут же наткнуться на дядюшку.
Лоран Рисойский стоял прямо напротив двери и разглядывал Малену таким взглядом, что благовоспитанная девушка должна была покраснеть, смутиться и пискнув, нырнуть за дверь.
Девушка, воспитанная пожилой коммунисткой, была не в курсе, что она обязана так поступить.
Матильде повезло, что Мария-Элена на миг замерла, как кролик, девушка отодвинула подругу, перехватывая контроль, и пошла прямо на Лорана. Да так решительно, что мужчина сам смутился на секунду. Дрогнул, метнулся взглядом по сторонам.
— Ага! Дядюшка! Доброе утро, любезнейший Рисойский, вас-то мне и надо, — Матильда смотрела и улыбалась так, что доктор Лектер не побрезговал бы пожать девушке руку. Или взять пару уроков.
Выучка бывалого ловеласа взяла вверх.
Лоран-таки собрался и заулыбался еще соблазнительнее.
— И чем же я могу услужить столь очаровательной девушке?
— Можете, — Матильда нежно улыбалась. — Но дайте сначала слово, что выполните мою маленькую просьбу…
— Для вас — любой каприз!
Ох, зря Лоран это сказал. Матильда засияла еще ярче.
— Отлично. Значит, завтра вы уезжаете.
— Что?!
Лоран такого не ожидал. Вообще…
Матильда развела руками.
— Дядя, а как вы хотите? Вам срочно надо в столицу, проверить наш дом, привести его в порядок, построить прислугу, или нанять новую, договориться с портнихами… мы с Силантой обязаны будем побывать в столице. Кто все это должен организовать? Другого мужчины у нас в семье нет, а для Силанты вы, как отец родной…. Да и мне в отцы годитесь.
Лоран скривился.
— Неужели я вызываю у вас только отцовские чувства?
— Конечно, нет, — проворковала Матильда. — Еще мне очень хочется вас к делу пристроить.
— Вы мне разбиваете сердце своей холодностью…
Что надо было отвечать по правилам высшего света, Матильда не знала. Вообще…
Это дома Мария-Элена ей подсказывала, там-то она никого не боялась, а здесь бедную герцогессу аж переклинивало. И дождаться от нее помощи становилось невозможно.
Ничего, Матильда и сама справится. Подумаешь, престарелый Ромео…
— Неужели? А на вид вы вполне живы…
— С той минуты, как я вас увидел, мое сердце билось и будет биться только для вас…
Хм-м…
А дядюшка пошел в атаку.
Матильда с интересом пронаблюдала, как Лоран сгреб ее руку и приложил к сердцу. Потом ловко вывернула кисть из захвата, и перехватила мужскую руку. Коснулась пульса.
— А вот врать стыдно. Тем более так бездарно.
Рот открыл не только Лоран, но и служанка, которая оказалась свидетельницей этой сцены.
— А…
— Дядюшка, ну куда это годится? Сердце, разбиваете… Пульс у вас ровный, наполнение хорошее, частота не превышает семидесяти ударов в минуту, может, и меньше, и говорит это о том, что вы спокойны. Абсолютно. Стоит ли врать, если вас так легко проверить?
— Я не лгу! — опомнился Лоран.
— Да-да, и с той поры, когда вы увидели меня, ровно десять лет назад… не надоело? Возьмите, что ли, романчик у племянницы, почитайте. Авось, новые выражения узнаете. Эти заплесневели еще при жизни моей бабушки.
Что бы ответил Лоран — неизвестно, но его спасло появление Шадоля.
Мария-Элена отпустила свою жертву, и направилась к новой. Причем, людоедистость улыбки совершенно не убавилась.
— Шадоль, мой очаровательный дворецкий…
И как-то все поняли, что это не комплимент.
