Жажда крови

— Я буду думать, что говорю, когда ты будешь думать, что делаешь.
— Мальчики? — окликнула Лекси сверху мелодичным голосом, так не соответствующим происходящему внизу. Она спустилась по лестнице, и при виде меня в ее глазах мелькнуло беспокойство:
— Дамон?..
— Жив. Но мне не удалось его спасти.
Лекси присела на край хлипкого кресла-качалки и посмотрела на меня сочувственно:
— Бакстон, ты не принесешь нам козьей крови?
Глаза Бакстона сузились, но он послушно отправился в кухню. Из гостиной доносились звуки рояля — Хьюго играл веселый французский марш.
— Спасибо. — Я сел на диванчик. Мне не хотелось козьей крови. Я хотел галлонами вливать в себя человеческую кровь, пить ее, пока не заболею и не впаду в забытье.
— Он сильный, — сказала Лекси.
— Бакстон меня не волнует.
— Я имею в виду твоего брата. Если он похож на тебя, он сильный.
Я посмотрел на нее снизу вверх. Она приблизилась и взяла меня за подбородок.
— Ты должен в это поверить. Я верю. Проблема в том, что ты хочешь, чтобы все было идеально. Ты нетерпелив.
Я вздохнул. Меньше всего мне хотелось выслушивать очередную лекцию о жизни вампиров.
Кстати, я вовсе не был нетерпеливым. Я был в отчаянии.
— Разработай другой план, который поможет его спасти. — Лекси взглянула на Бакстона, который принес серебряный поднос с двумя кружками.
Бастон остановился.
— Faut-il l’aider

— спросил он по-французски.
— Nous l’aiderons,

— ответила Лекси.
Они не знали, что в детстве я изучал французский. Странно было слышать, как они обсуждают, помочь ли мне освободить Дамона. Я уставился на свои руки: на них все еще оставалась засохшая кровь последней жертвы.
Бакстон брякнул поднос на полированный вишневый стол.
— У тебя не получится втянуть нас в это дело, — проревел он, почти касаясь клыками моей шеи. Он с силой оттолкнул меня к стене, и я ударился затылком о мраморную каминную доску.
Проснулась Сила, и я ударил его в плечо. Но Бакстон был старше и сильнее, он прижал меня к стене, упираясь руками в грудь. Я почувствовал, как по ушибленному затылку потекла кровь.
— Ты себялюбивое неблагодарное чудовище, — с ненавистью прошептал Бакстон. — Я уже видел таких вампиров. Ты воображаешь, что тебе принадлежит весь мир, тебе наплевать на других. Ты портишь нам всем репутацию.
Я изворачивался и дергался, пытаясь вырваться из его захвата, но вдруг руки, сдавливавшие мою грудь, ослабили хватку, и Бакстон с громким стуком грохнулся на пол.
— Бакстон, — поучительным тоном сказала Лекси, смотря на лежащее у ее ног тело, — сколько еще веков нужно, чтобы ты научился обращаться с гостями? Стефан. Думаю, человеческую кровь ты переносишь плохо. Необязательно было так себя вести, — она говорила как рассерженная учительница. — А теперь я выпью свою кровь в тишине. Удачи, мальчики. — Она выскользнула из комнаты с кружкой крови в руках.
Как она могла уйти так спокойно, зная, что моего брата держат в плену и пытают? Я во многом зависел от Лекси, и мне сейчас важнее всего было получить помощь в поиске и спасении Дамона.
Как будто услышав мои мысли, она остановилась в дверях, ведущих на ее половину, и посмотрела на нас обоих.
— Если я скажу… когда я скажу, что нужно спасать Дамона, мы его спасем. Ясно это вам обоим?
— Да, мисс Лекси, — Бакстон с трудом поднялся сначала на колени, а потом на ноги.
Я кивнул, почти не скрывая гнева. Если?
Бакстон похромал вон из комнаты, напоследок еще раз одарив меня сердитым взглядом.
Дом вдруг показался мне слишком маленьким. Стены, пол и потолок давили со всех сторон. Зарычав, я пролетел через холл, выскочил в дверь и побежал обратно на Лейк-роуд.

На следующее утро я проснулся от того, что кто-то потряс меня за плечо.
— Отстань! — пробормотал я, но будивший оказался настойчив.
Я открыл глаза и обнаружил, что лежу, свернувшись в клубок, рядом с одной из палаток цирка уродов.
— Ты спал здесь? — спросила Келли, складывая руки на груди. Я сел и протер глаза, вспоминая предыдущий вечер. Я вернулся на площадь, не зная, куда еще идти, и завалился спать.
— Доброе утро, мисс Келли, — я проигнорировал ее вопрос. Встав, я смахнул грязь со штанов. — Чем я могу вам помочь?
Она пожала плечами. На ней было розовое хлопковое платье, подчеркивавшее тонкую талию и оставлявшее открытыми усеянные веснушками руки.
Цвет платья плохо сочетался с ярко-рыжими волосами, и почему-то она напомнила мне шиповник.
— Мы собираемся