Желания

всех, поэтому может представить вас.
— Пойдете ли вы со мной на бал урожая у Таггертов через две недели?
Нэлли внимательно посмотрела на него.
— Каких Таггертов?.. — спросила она, оттягивая время.
— Кейн и его жены Хьюстон, — ответил мистер Монтгомери, словно в городе были другие Таггерты.
Нэлли не знала, что и говорить. Кейн Таггерт, один из богатейших людей Америки, жил в великолепном доме на холме, возвышающемся над Чандлером. Его жена, красавица Хьюстон, устраивала приемы для своих друзей и раз в году пышный бал. Год назад Нэлли и Терел были приглашены к Таггертам. Терел пошла, а Нэлли осталась дома, но что-то случилось, она не помнила что, и в этом году, к большому огорчению Терел, им не прислали приглашений.
— Терел с удовольствием пошла бы. Она с радостью…
— Я приглашаю вас, а не вашу сестру Нэлли вспомнила: когда ей было двадцать, ей присылали приглашения, но она редко могла ими воспользоваться, ведь ей приходилось заботиться об отце и двенадцатилетней сестре. Кроме того, отец не любил, когда обед задерживался.
— Мистер Монтгомери, я…
— Джейс…
— Простите, пожалуйста, — Меня зовут Джейс.
— Мистер Монтгомери, вряд ли я смогу называть вас христианским именем. Я ведь только что встретила вас.
— Вот пойдемте со мной на бал, узнаете меня получше.
— Вряд ли это возможно. Я должна… — Она не могла придумать ни одной причины отказа, но знала, что для нее пойти на бал без Терел было невозможно.
— Я соглашусь на работу, которую ваш отец предлагает мне, только в том случае, если вы пойдете со мной на бал.
— И если будете называть меня Джейсом, — засмеялся мистер Монтгомери.
— Я… Я не знаю, мистер Монтгомери. Не знаю, сможет ли папа обойтись без меня. И Терел нуждается…
— Эта юная леди нуждается в… — Он замолчал, не договорив. — Я не буду работать у вашего отца до тех пор, пока вы, Нэлли, не согласитесь пойти со мной. Один вечер — это все, что я прошу у вас. — Теперь он говорил серьезно.
Нэлли представила себя входящей под руку с таким красавцем в большой белый дом на холме, и, неожиданно для себя, ей очень захотелось пойти. Просто хоть раз провести вечер вне дома.
— Я согласна, — прошептала Нэлли. Мистер Монтгомери улыбнулся, и даже в темноте она увидела ямочки на его щеках.
— Хорошо. Я очень рад. Буду ждать встречи.
— Я тоже буду ждать этого вечера. Он ушел, а Нэлли продолжала сидеть на качелях. «Какой удивительный, добрый, красивый», — думала она. Нэлли откинулась назад на качелях, вдыхая сладкий аромат цветов. Она пойдет с ним на бал! Не с толстяком, сыном мясника, о котором всегда говорила Терел, или с семнадцатилетним сыном бакалейщика, иногда поглядывавшим на нее, и не с тем противным стариком, которого однажды ей представил отец. И не…
— Нэлли, где ты была? — раздался недовольный голос Терел. — Мы везде тебя искали. Анна моет кухню, и папа хочет, чтобы ты присмотрела за ней, а мне ты нужна расшнуровать платье. Мы страдаем, а ты сидишь здесь и мечтаешь неизвестно о чем. Нэлли, иногда мне кажется, что ты ни о ком, кроме себя, не думаешь.
— Ох, извини меня, Терел. Я сейчас побегу на кухню.
Она покинула сад и из мира грез вернулась в обыденную жизнь.
Только спустя несколько часов, наведя порядок на кухне и выслушав очередную нотацию отца за съеденный пудинг, она наконец добралась до комнаты Терел.
— Анна помогла мне расшнуровать корсет, — ворчала Терел, сидя перед зеркалом в ночной рубашке и халате и расчесывая волосы.
Нэлли молча убирала платье Терел. Она очень устала и мечтала поскорее лечь в постель.
— Он божественный, не так ли? — сказала Терел.
— Кто?
— Мистер Монтгомери, конечно. О, Нэлли, неужели ты не видишь, что происходит вокруг?
— Да, он был очень мил.
— Мил?! Это не то слово! Более чем мил. Никогда в жизни не видела более красивого джентльмена, за исключением, может быть, доктора Вестфилда. Но он уже не в счет. Папа думает, что он из зажиточной семьи.
— Я думаю, что мистер Вестфилд — довольно приличный человек, — устало ответила Нэлли.
— Не доктор Вестфилд! Нэлли, почему ты не слушаешь, что тебе говорят? Папа говорит, что мистер Монтгомери имеет деньги. Не могу понять, почему он согласился работать с отцом, если у него есть капитал, разве только…
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, хорошо… Я сама терпеть не могу говорить об этом, но ты видела, как он смотрел на меня во время обеда?
Нэлли наклонила голову, чтобы сестра не могла видеть ее счастливое лицо.
— Но, Терел, ты, должно быть, привыкла к восхищенным взглядам.
— Да, — тихо ответила Терел, глядя на себя в зеркало. Мистер Монтгомери действительно смотрел