Желания

Еще мгновение, и она бы, сбросив одежду, подбежала к нему, но вовремя сдержала себя.
— Я должна вернуться. Отец и Терел будут волноваться.
— Вернее, будут волноваться из-за своего завтрака, — пробормотал Джейс так, чтобы Нэлли не услышала. Одна фраза, сказанная ею прошлой ночью, заставила его замолчать. Она, кажется, сказала:
«Не поверил бы он кому-нибудь из семейства Монтгомери больше, чем чужаку». Джейс подумал: какими бы ни были отец Нэлли и Терел, это ее семья, и только им может верить она.
Джейс стал неохотно одеваться.
— Я поищу лошадей. Интересно, осталась ли еда в этой корзине.
Открыв ее, он увидел столько продуктов, что, казалось, к ним никто и не прикасался.
— Эта корзина действительно оказалась бездонной.
— Видимо, так и есть, — сказала Нэлли и посмотрела на нее через плечо Джейса. Он привлек ее к себе. Нэлли продолжила:
— Не знаю, как тебе, а мне кажется, у нас все будет прекрасно.
— Я согласен с тобой. — Джейс поцеловал ее.
Нэлли первая слегка отодвинулась от него.
— Но я все-таки должна вернуться домой.
Джейс со вздохом отпустил ее.
— Если я найду лошадей.
Как бы отвечая ему, со двора тотчас раздалось призывное ржание. Открыв дверь, он увидел обеих лошадей, стоявших перед дверью, словно ожидая хозяина.
— Моему везению пришел конец, — мрачно сказал Джейс. Его слова рассмешили Нэлли, и она захихикала.
В считанные минуты он впряг лошадь Нэлли в кабриолет, а свою привязал сзади. Едва они отправились в путь, как их радостное настроение улетучилось. Они ехали молча и с тревогой ждали развития событий в доме Грэйсонов, в Чандлере.
Берни встретила их у порога. Сначала она встревожилась, увидев их вытянутые лица, и у нее возникло опасение, что Джейс и Нэлли не уладили свои отношения. (После того как молодые люди вошли в полуразрушенный дом, Берни перестала наблюдать за ними и воспользовалась палочкой, чтобы украдкой понаблюдать за своими бывшими друзьями, жившими в XX веке.) Теперь, заметив сплетенные пальцы Джейса и Нэлли, она поняла, что молодые люди взволнованы предстоящей встречей с Терел и Чарлзом.
— Наконец-то! Нэлли, самое невероятное все-таки произошло!
— Терел и отец в порядке? — хмуро спросила Нэлли, сжимая пальцы Джейса.
— Больше чем в порядке! Посмотри на эту телеграмму от отца.
Нэлли дважды прочитала ее, прежде чем подняла глаза на Берни.
— Терел сбежала с возлюбленным?
— По-моему, она влюбилась в какого-то фермера и в ту же ночь вышла за него замуж. Даже не захотела приехать за одеждой, попросила переслать ее. Нэлли! Твой отец тоже женится на ком-то и хочет остаться в Денвере до свадьбы.
Нэлли стояла, ошеломленная.
— Ты свободна, Нэлли, свободна! — сказала Берни.
Джейс нахмурился.
— Вы знаете, с нами происходят какие-то странные вещи. Вчера здесь была яма, в которую упала Нэлли, а сегодня она исчезла без следа. Наши лошади убежали, хотя я их закрыл в конюшне. Потом появилась эта бездонная корзина с едой. А теперь это. По-моему…
Берни прищурилась.
— Неужели вы не слышали старой поговорки: «Дареному коню в зубы не смотрят». Теперь Нэлли свободна от обязательств перед семьей и может выйти за вас замуж. Вы что, сомневаетесь в этом?
— Да нет, я только… — Он замолчал и улыбнулся. — Вы правы. Я ни в чем не сомневаюсь. Нэлли, ты не возражаешь, если мы назначим нашу свадьбу на следующей неделе?
— Да, я согласна, — тихо ответила она, едва осознав, что к ней пришла полная свобода. — Да, я выйду за тебя замуж.
Обратившись к Берни, Нэлли спросила:
— Вы останетесь на мою свадьбу, не так ли?
— Я не могу. Моя миссия окончена, и у меня назначено свидание. — Берни улыбнулась. — Свидание с раем.
— Вы уезжаете?
— Тотчас.
— Но вы же не можете, вы…
— Милые дети, спустя пять минут вы даже не вспомните обо мне. Нет, нет, не возражайте. Вы обрели друг друга, и вам больше не нужна любопытная старая тетка.
Нэлли порывисто поцеловала Берни в щеку.
— Вы всегда будете нужны мне. Вы очень добрый и сердечный человек, — затем она прошептала Берни на ухо:
— Я не знаю, что вы сделали, но уверена, что события прошлой ночи — дело ваших рук. Всю свою жизнь я буду благодарна вам за великодушие и благородное сердце.
Эти слова много значили для Берни. Никто никогда не называл ее великодушной, но она и не заслуживала этого раньше. Берни расчувствовалась и пролепетала:
— Благодарю тебя… Но мне нужно идти. — Взглянув на Нэлли, спросила:
— Есть ли какие пожелания на будущее?
— У меня есть все, о чем я мечтала. — Нэлли подошла к Джейсу и встала рядом с ним.
— У меня