Встретив на балу смуглого незнакомца, берберского принца, наследника герцога Мальборо, красавица Криста поняла, что отныне ее жизнь уже не будет прежней. «Вы станете моей, это кисмет — судьба!» — сказал он ей. Однако эта судьба приготовила ей тяжкие испытания. Захваченная пиратами, проданная в гарем, вынужденная притворяться и лгать, лишь бы не стать игрушкой могущественных восточных правителей, красавица англичанка сохранила в своем сердце страстную любовь к своему возлюбленному. Но окажется ли он достоин ее преданности?
Авторы: Мейсон Конни
неловкость, попросил его любым способом задержать Брайана Кента по крайней мере на час.
Он нашел Кристу перед входом в лабиринт. Она задумчиво вглядывалась во тьму, как будто вспоминала их первую встречу и первый поцелуй. Уже тогда он знал, что это кисмет.
Марк подошел так бесшумно, что Криста не слышала его шагов и очнулась, только когда сильные руки сомкнулись вокруг нее, прижали к крепкому стройному телу. Он нежно коснулся губами ее шеи, вдыхая особый аромат, присущий только ей, который тут же наполнил желанием все его существо. Так было всегда, когда они были вместе, и их страсть была безграничной и всепоглощающей.
— Криста, любовь моя, — прошептал Марк в нежную раковину ее маленького уха. — Не знаю, благодаря какому чуду ты снова со мной, но я больше никогда не буду сетовать на судьбу. Кисмет соединил нас.
Как только она почувствовала прикосновение, она поняла, что это руки Марка обнимают ее, это его губы касаются ее шеи. Криста слишком часто лежала в его объятиях, чтобы не узнать его запах — возбуждающий и терпкий. Медленно она повернулась в его объятиях, их взгляды встретились при свете сияющей луны, и Криста почувствовала, что утопает в омуте его изумрудных глаз.
— Ахмед… Марк… я…
Слова замерли у нее на устах, когда его губы скользнули вниз и сомкнулись с ее губами в требовательном поцелуе, который, казалось, длился целую вечность, вызвав в памяти сладостные ощущения, которые она испытала в его объятиях. То, что они испытывали, переполняло их тела и достигало самой глубины души. Это был мужчина, который сделал ее женщиной, который был ее наставником в науке любви, научил ее, как давать и получать наслаждение.
Его ласки были утонченной пыткой, его близость и запах сводили ее с ума, и на какой-то миг ощущение реальности покинуло Кристу. Ничто не имело значения, только сознание того, что она вновь в объятиях Марка и что она не хочет ничего другого.
— Криста, любовь моя, нам надо поговорить, — сказал он, неохотно прерывая поцелуй. — Идем.
Взяв ее за руку, Марк увлек ее в лабиринт, где им никто не мог помешать. Ничего не видя, она шла за ним, пока они не оказались у скамьи и он не усадил ее рядом с собой. Криста прерывисто дышала и могла лишь смотреть в эти зеленые глаза, которые навсегда пленили ее своей дерзкой и влекущей силой.
— Марк… — Его имя казалось ей сладким на вкус.
— Криста, любовь моя, как я боялся за тебя, какую испытывал боль. Одна только мысль, что Абдулла будет обладать тобой, женщиной, ожидающей ребенка, который должен бы быть моим, доводила меня до отчаяния.
Внезапно Марк осознал, что заговорил о ребенке, и его взгляд скользнул вниз, к плоскому животу Кристы. По его расчетам, она должна была уже заметно располнеть.
— Что случилось с ребенком? Ты его потеряла?
Криста поняла, что пришло время сказать всю правду.
— Никакого ребенка нет, Марк, и никогда не было. Всю эту историю с беременностью придумал лекарь Сайд, чтобы оградить меня от Абдуллы.
Марк в замешательстве нахмурился:
— Я не понимаю. Ты хочешь сказать, что Абдулла никогда… что ты не… Как подобное могло произойти? Это совсем не похоже на Абдуллу.
— Я постараюсь объяснить, — медленно произнесла Криста. — На самом деле все очень просто. Каждый раз, когда Абдулла пытался овладеть мной, я была в таком ужасе, что… меня тошнило.
— Тебя тошнило в присутствии Абдуллы? — Марк засмеялся, так как хорошо знал, какое отвращение испытывал Абдулла к любому проявлению болезни. — Удивительно! Не иначе Аллах указал тебе этот способ защиты.
— Возможно, — согласилась Криста. — Когда это случилось несколько раз, Абдулла велел Сайду осмотреть меня. Сайд — добрый человек, и он не любит твоего брата. Когда он предложил мне способ, как избавиться от домогательств Абдуллы, я тут же согласилась. Он сказал Абдулле, что я беременна, и поскольку бей так и не обладал мною, он решил, что ребенок может быть только твоим. Абдулла пришел в бешенство, особенно когда Сайд сказал ему, что беременность будет тяжелая и приступы тошноты могут продолжаться довольно долго. Как и предполагал лекарь, твой брат полностью потерял ко мне интерес.
Марк задумался.
— Почему ты не сказала мне все это, когда мы виделись в последний раз? Почему намеренно солгала мне?
— Сначала я вынуждена была подчиниться Абдулле. Он угрожал убить тебя, если я откажусь подтвердить все, что он говорил тебе. Мне было легче нанести тебе обиду, чем стать причиной твоей смерти.
— Однако ты продолжала лгать и позже, когда мы были наедине, — упрекнул ее Марк.
— У меня не было выбора. В то время я не могла даже надеяться, что Абдулла согласится освободить меня за выкуп. Если бы я знала, я бы сказала
