Встретив на балу смуглого незнакомца, берберского принца, наследника герцога Мальборо, красавица Криста поняла, что отныне ее жизнь уже не будет прежней. «Вы станете моей, это кисмет — судьба!» — сказал он ей. Однако эта судьба приготовила ей тяжкие испытания. Захваченная пиратами, проданная в гарем, вынужденная притворяться и лгать, лишь бы не стать игрушкой могущественных восточных правителей, красавица англичанка сохранила в своем сердце страстную любовь к своему возлюбленному. Но окажется ли он достоин ее преданности?
Авторы: Мейсон Конни
я должен знать. Почему ты собиралась бежать с Кентом, если ждешь ребенка от меня?
— Ты не слышал, что я сказала? Не имеет значения, что ты думаешь на этот счет. Нравится это тебе или нет, но я еду во Францию. Одна. Не с Брайаном и тем более не с тобой. А ты отправляйся к Уиллоу. Мне ты не веришь, зато ей доверяешь безгранично. Благодаря своей тете Мэри я достаточно богата и смогу остаться независимой. Никакой мужчина мне не нужен, чтобы только усложнять жизнь.
Терпению Марка пришел конец.
— Как я понял, ты отказываешься сказать, кто отец ребенка. Может быть, ты уже знала, что беременна, когда мы были близки? — «Почему я говорю акие ужасные вещи?» — думал он, все больше теряя контроль над собой. Ведь предупреждал же Аллен, что однажды его горячность все погубит.
— Убирайся к черту! — крикнула Криста, испытывая желание спрыгнуть с постели и задушить Марка. Чувствуя, что у нее вот-вот начнется истерика, она откинулась на подушки и часто и тяжело дышала, упорно избегая взгляда Марка и не глядя на него, словно его не было в комнате.
Марк с трудом сдерживался. Что нашло на эту маленькую фурию? Единственное, чего он хотел добиться, — это услышать, что ребенок, которого она носит в себе, — от него. Неужели он слишком многого требует? В глубине души он понимал, насколько нелепа мысль, что Криста могла изменить ему с мужчиной, подобным Кенту. Однако его подозрения привели ее в ярость, а ее отказ сказать правду, в свою очередь, вывел его из себя. Он сознавал, что всему виной его необузданная ревность, но уже ничего нельзя было изменить.
Марк встал, желая успокоить ее, но все в нем так и кипело. Вид у нее был такой болезненный, что он ощутил жалость и раскаяние. Но сказал лишь:
— Я ухожу, Криста.
Ответа не последовало. Она словно не слышала.
— Проклятие! До тех пор, пока ты не скажешь правду, нам не о чем больше разговаривать. Предупреждаю тебя: не спеши уезжать из Лондона. Я найду тебя даже на краю света, — бросил он через плечо перед тем, как покинуть комнату.
— Марк, что произошло? — воскликнул вошедший Аллен, когда Марк едва не сбил его с ног.
— Спроси Кристу, — бросил тот на ходу, явно не желая ничего обсуждать.
Элисса посмотрела вслед уходящему Марку, перевела взгляд на приотворенную дверь в комнату Кристы. Она пыталась представить себе, что между ними произошло. Отчего Марк так разгневан? Он не хочет ребенка? Тогда Криста, должно быть, в отчаянии.
— Кристе нужна моя помощь, — сказала она, проскальзывая мимо Аллена в комнату подруги.
— Но что все это значит, Элисса? Почему Марк пришел в такое неистовство?
Аллен последовал за Элиссой, но, войдя в комнату, оцепенел: лежащая на постели Криста была скорее тенью прежней цветущей женщины.
— Ради Аллаха, что Марк с тобой сделал? — воскликнул он, потрясенный.
Марк вылетел из дома в состоянии, близком к умопомрачению. Он злился на себя за то, что не смог совладать с приступом ревности, и на Кристу, которая словно нарочно старалась вывести его из равновесия. Конечно, его необузданная ярость со временем утихнет, но до тех пор он опасен и для себя, и для Кристы. Он хотел найти место, где можно было побыть одному и успокоиться. Проклятие, почему Криста оказалась столь упряма, ведь он хотел от нее всего лишь простого ответа. А сейчас он страстно желал одного — выпить, нет, черт подери, напиться как следует!
Марк с удовлетворением отметил, что Омар не следует за ним в коляске: когда он вышел из дома, уже стемнело, и его было трудно разглядеть. Как раз сейчас он меньше всего нуждался в постоянной опеке Омара. Не имея определенной цели, он все дальше удалялся от фешенебельного района в те злачные места Лондона, где люди, случалось, исчезали навсегда.
Звуки буйного веселья, доносившиеся из подозрительного вида питейного заведения, привлекли его внимание, и вскоре он очутился в ярко освещенном помещении, где все оживало лишь с наступлением темноты. Марку не случалось прежде посещать подобные убогие кабаки, однако обстановка вполне соответствовала его душевному состоянию, сомнения вызывало лишь то, что он будет слишком выделяться в толпе завсегдатаев.
Перебирая монеты в кармане, Марк ждал, когда бойкая молодая девица наконец подойдет к нему. Ни разу еще такой красивый и модно одетый мужчина не заходил в «Паленого гуся», и девица безудержно строила ему глазки и подчеркнуто демонстрировала чрезвычайно глубокий вырез лифа платья. Состоятельные люди редко заглядывали в подобные подозрительные заведения, да и то из соображений безопасности наведывались в трущобы втроем, а то и вчетвером.
— Что пожелаете, сэр? — обратилась к нему она, — Меня зовут Софи, и я буду счастлива угодить вам чем только смогу. —
