Встретив на балу смуглого незнакомца, берберского принца, наследника герцога Мальборо, красавица Криста поняла, что отныне ее жизнь уже не будет прежней. «Вы станете моей, это кисмет — судьба!» — сказал он ей. Однако эта судьба приготовила ей тяжкие испытания. Захваченная пиратами, проданная в гарем, вынужденная притворяться и лгать, лишь бы не стать игрушкой могущественных восточных правителей, красавица англичанка сохранила в своем сердце страстную любовь к своему возлюбленному. Но окажется ли он достоин ее преданности?
Авторы: Мейсон Конни
Во всех ее повадках сквозил нескромный намек.
Марк вывалил на стол пригоршню монет.
— Возьми себе одну, Софи, а на остальные приноси мне спиртное до тех пор, пока я не остановлю тебя.
Широко раскрыв рот, Софи глядела на груду монет.
— Да вы, похоже, не в своем уме, сэр. На это можно пить целую неделю.
— Возможно, я действительно сошел с ума, Софи, — криво улыбнувшись, подтвердил Марк. — Только постарайся найти что-нибудь получше, чем та отрава, которую твой хозяин называет бренди. Ты поняла?
— Разумеется, сэр, — подтвердила Софи, локоны так и подпрыгивали на ее белых плечах и почти обнаженной груди. — Если вам будет угодно что-либо еще, только дайте знать.
Спустя некоторое время она вернулась с покрытой пылью бутылкой и мутно-грязным стаканом. Она потопталась около стола несколько минут, ожидая, что Марк уделит ей хоть немного внимания, но, не дождавшись даже благосклонного взгляда, пожала плечами и направилась к более общительному посетителю.
Узнав от Кристы о более чем странном поведении Марка, Аллен почти сразу же бросился вслед за братом, но тот уже скрылся в сгущавшемся тумане.
— Проклятие! — выругался он, вглядываясь в темноту улицы. Куда его могла понести нелегкая? Вернувшись в дом, Аллен нашел Омара, мирно беседующего на кухне с Ленорой, и попытался вкратце объяснить, что произошло.
— Ты знаешь привычки брата лучше меня, Омар.
Куда в таком настроении мог направиться Марк? — спросил он обеспокоенно.
— Куда-нибудь, где можно напиться, не привлекая к себе внимания, — задумчиво ответил Омар.
— Подобных мест полно в таком большом городе, как Лондон, — со вздохом заметил Аллен. — Ну что ж, Омар, нам надо отправляться на его поиски. Я ведь не раз предостерегал брата, что его горячность может оказаться гибельной.
Хотя Аллен и Омар почти всю ночь провели в поисках Марка, им так и не удалось его обнаружить. Измотанные до предела, они вернулись домой, чтобы отдохнуть хоть несколько часов и на следующий день продолжить поиски.
Но на следующий день их усилия также ни к чему не привели. Аллен уже начал предполагать самое худшее.
Марк пил, а состояние опьянения все не наступало, лишь тяжелее становилось на душе, когда он вспоминал нелепое объяснение с Кристой. Чем больше он думал о том, что произошло, тем больше ненавидел себя за глупое поведение. Все его сомнения развеялись как дым. Только он мог быть отцом будущего ребенка Кристы.
Неужели он хочет, чтобы его ребенка называли незаконнорожденным? Какое отвратительное слово! Нет, пока он жив, никто не посмеет назвать так его дитя. И других детей, которые могут появиться у него с Кристой. Как только его гнев утих, Марк готов был отправиться к ней просить прощения. Раз она ждет от него ребенка, то непременно должна тотчас же согласиться выйти за него замуж. Если бы они остались в Константине, Криста считалась бы его наложницей — такими были отношения между его матерью и отцом. Но Марк так долго прожил в Англии, что воспринял европейские обычаи, и потому был готов сделать все возможное, чтобы Криста стала его женой и их дети носили его имя.
Чем больше Марк пил, тем мрачнее становились его размышления. Услужливая Софи беспрестанно поставляла ему все новые порции бренди. Время от времени он заставлял себя съесть что-нибудь, но аппетита не было, и он предпочитал бороться с состоянием крайней безнадежности, опустошая бутылку за бутылкой.
Кому-то могло показаться странным, что хорошо одетый мужчина час за часом сидит в одиночестве, время от времени поднося к губам грязный стакан, но никто не обращал на него особого внимания — люди обычно и приходили сюда за тем, чтобы заливать свое горе вином. К середине следующего дня Марк дошел до крайней точки насыщения, он утратил всякую способность соображать и был не способен проглотить больше ни глотка. Когда Марк уже не мог поднять голову от стола, он с благодарностью принял помощь Софи, которая за оставшиеся деньги предоставила ему комнатку, находящуюся позади кухни.
Кое-как добравшись до омерзительной комнатушки, он тяжело рухнул на кровать в почти бессознательном состоянии. Прислушиваясь к его пьяному бормотанию, Софи все гадала, какие призраки из прошлого бередят его душу. Она не удивлялась, когда себя доводили до такого состояния простолюдины, завсегдатаи кабака. Они прибегали к выпивке, чтобы хоть на час забыть о тяготах повседневной жизни. Но сейчас перед ней явно был человек из высшего общества и к тому же богатый. Из его пьяного бреда мало что можно было понять. Наконец, недоуменно пожав плечами, Софи на цыпочках вышла из комнаты, хотя подобная предосторожность была явно ни к чему — даже если бы рядом проскакал кавалерийский
