в детстве удивлялась, почему во дворце у прислуги так часто встречаются невероятно зеленые, удивительно красивые глаза.
Некоторое время я даже всерьез переживала из-за невыразительной серости своих глаз, ничуть не похожих на так восхитившую меня изумрудную зелень.
Первые детские комплексы, оказывается, во мне взрастили полукровки эва.
Мало кто замечал слуг, и совсем уж единицы остерегались обсуждать дела в их присутствии.
Такая самоубийственная беззаботность…
– Значит, вы знаете больше меня.
– Очевидно, – согласился Ксэнар и замолчал.
Тишина была тревожной, но недолгой и завершилась совершенно невероятным признанием.
– Ко мне приходила Агнэ, – сказал царь. – Не знаю, чем ты очаровала мою дочь, но она просила за тебя.
– Правда?
– Я хотел вывести тебя к людям, – заметив, как я встревоженно подалась вперед, желая сказать, что это будет равносильно убийству, Ксэнар жестом велел мне молчать. – Люди живут не только по эту сторону гор. Мы торгуем с некоторыми северными племенами, с посредниками из Серебряного города… Они приходят к нам из земель, что лежат за Поднебесными великанами. Там есть целый мир, частью которого ты можешь стать.
– Но? – несмело спросила я. Возможно, это было его решением еще вчера, и даже ночью Болотный царь был уверен, что в скором времени избавится от проблемной принцессы, передав заботу о ней людям. Уничтожив тем самым все планы Ариса.
А потом на поклон к нему пришла любимая дочь и все переменилось.
– Если пожелаешь, я все еще могу отправить тебя в Серебряный город. Через восемь дней прибудут купцы с товаром на обмен и продажу. Или можешь остаться в моем доме, под моей защитой. Единственное, что от тебя требуется – ограждать Агнэ от необдуманных поступков. Ты ей нравишься, возможно, хотя бы у тебя это получится.
– Хотите сделать меня здравым смыслом своей дочери? – недоверчиво уточнила я.
– Пока у нее не появится свой.
– И вы готовы доверить Агнэ незнакомому человеку? – Я замолчала, пытаясь понять, что именно смущает меня больше всего. Когда поняла, не смогла удержаться от удивленного восклицания: – Согласны доверить ее человеку?!
– Если это поможет усмирить Агнэ, – кивнул Ксэнар. И, не дав мне толком все обдумать, нетерпеливо спросил: – Твой ответ?
Я даже с мыслями собраться не успела, а он уже требовал, чтобы я решила свое будущее. Вот так просто…
Если бы не договоренность с Арисом, я бы сейчас пребывала в ужасе.
Но договоренность существовала, а это значит, выбора, столь щедро предоставленного Болотным царем, у меня по сути и не было. Маг обещал мне месть, и, чтобы это свершилось, я должна была остаться здесь. В Зыби.
Но дать свой ответ я не успела.
Одна из дверных створок распахнулась, заставив меня вздрогнуть, а Ксэнара поморщиться.
– Почему собрались без меня? – весело спросил стоявший на пороге Сэн.
– Мне казалось, тебя не интересуют дела поселения, – сухо заметил царь. – Несколько дней назад ты покинул зал советов, последовав за моим отрядом и бросив все на Ллэт. Не скажу, что она была этим довольна.
– Правда? – опасливо уточнил Сэн, растратив бóльшую часть своего энтузиазма.
– Ты ее еще не видел? – с каким-то издевательским равнодушием поинтересовался Ксэнар у своего вмиг погрустневшего брата.
– У меня целы все кости, – огрызнулся тот, – как ты думаешь?
– Хм-м-м…
Долго переживать из-за того, что может случиться, этот странный эва не умел. Уже через несколько мгновений, смирившись со всем, что его ждет, Сэнар с беспечным видом рухнул на соседний с моим стул, отчего деревянные ножки со скрипом проехались по полу.
– И что вы здесь обсуждаете?
– Мое будущее. – Унылый тон ответа заинтриговал эва.
– И что же, мой негостеприимный брат желает поскорее от тебя избавиться? – спросил он. Сэн хорошо знал Ксэнара и даже не сомневался в правильности своего предположения, а потому, не дав мне сказать и слова, радостно сообщил: – Но если у тебя сейчас нет сил для путешествий и новых знакомств, я с удовольствием возьму на себя заботу о благополучии такой прекрасной гостьи.
– Правда? – с сомнением спросила я. – С чего бы это?
Царь в серьезности слов Сэнара не сомневался и просто утомленно прикрыл глаза рукой.
– Ты же принцесса! – с укором напомнил эва. – А принцессы у нас еще не гостили. Все больше каторжники да люди, ищущие лучшей доли… или смерти. Или девицы из соседних людских деревень, что от замужества бежали. Но это все не то…
– И все же, на вопрос вы не ответили. Чем я обязана такой чести? – спросила хмуро. Рядом с этим эва я чувствовала
