Жена на время

считая его за модель. И, естественно, какая-та часть ее беспокоилась, что он знал, чем она зарабатывала на жизнь. Однако он не чувствовал неловкости и никогда не чурался ее.
Более того, раз он посещал АН, у него были свои демоны.
– Мадам? Эй?
– О… боже, простите. Да, я в порядке… мне, на самом деле, следует смотреть, куда я иду.
Улыбнувшись ему в ответ, она вскочила по лестнице, направилась на первый этаж собора и вышла через парадные двери. Очутившись на улице, она засеменила вдоль рядов из машин, припаркованных параллельно, жалея, что ей не досталось места получше. Ее Камри стояла вдалеке, и зубы уже стучали от холода к тому моменту, когда она запрыгнула в машину и приступила к привычному ритуалу, пытаясь завести ее.
– Давай… ну давай же…
Наконец, раздался свист, вруум, затем она развернулась на сто восемьдесят градусов против правил, переехав через двойную сплошную.
Поглощенная своими мыслями, она не заметила фары, которые сели ей на хвост… и остались там.

«Ага, я понимаю, почему Вин купил тут хату», – подумал Джим, припарковав грузовик в полквартала от Коммодора. Наружная сторона здания казалась строгой: сплошной фасад из стекла, крепленный к тонким стальным перекладинам, предоставлял потрясающий обзор каждой квартиры. И судя по вестибюлю, который был виден Джиму снаружи, интерьер был чистым декадансом – залитый светом, с кроваво-красным мраморными полом, а в середине располагалась цветочная корзина размером с пожарный автомобиль. Понятно, Голубое Платье станет жить именно в таком месте.
Черт, ему следовало предложить ДиПьетро сходить куда-нибудь отужинать. Учитывая, что воспоминания о произошедшем прошлой ночью оставались столь четкими, то находиться с ней в четырех стенах было явно не лучшей идеей. К тому же, алло, у него и так затруднения со спасением души ее гребаного бойфренда от вечного ада.
Заглушив мотор, он потер лицо и почему-то вспомнил собаку, которую оставил дома, свернувшуюся на грязной койке. Этот приятель мгновенно отрубился с набитым брюхом и широко раскинутыми лапами, тощие бока размеренно поднимались и опускались.
Какого черта он умудрился подобрать это животное?
Спрятав ключи в кармане куртки, он вышел из грузовика и перешел улицу. Он вошел в вестибюль, и то, что с улицы казалось сочным, вблизи выглядело величественно, но времени, чтобы восхититься этим помещением, не было. Как только он зашел внутрь, охранник за столом нахмурился, взглянув на него.
– Добрый вечер… вы Мистер Херон? – Парню в черной униформе было около пятидесяти, и его глаза не были ни вялыми и ни тупыми. Вероятность того, что он был вооружен и знал, как пользоваться этим оружием, была внушительной.
Джиму пришлось согласиться.
– Да, это я.
– Могу я взглянуть на удостоверение личности, пожалуйста?
Джим вынул бумажник и раскрыл его на водительском удостоверении штата Нью-Йорк, которое он купил через три дня после приезда в Колдвелл.
– Спасибо. Я позвоню Мистеру ДиПьетро. – Охранник две секунды говорил по телефону и потом махнул рукой в сторону лифтов. – Идите прямо, сэр.
– Спасибо.
Подъем на двадцать восьмой этаж был гладким как шелк, и Джим удивил себя, определив тщательно спрятанные камеры наблюдения: они были установлены по верхним углам, где золотые зеркальные панели сходились вместе, и выглядели как предмет интерьера. С четырьмя камерами получалась четкая картинка лица пассажира, и не имеет значения в какую сторону он смотрел.
Мило. Очень мило.
«Дзинь», ознаменовавший прибытие, был таким же тихим, и когда двери раскрылись, по другую сторону, в длинном кремовом коридоре стоял Вин ДиПьетро с видом, будто он владел всем гребаным зданием. ДиПьетро протянул ладонь.
– Добро пожаловать.
У парня было солидное рукопожатие, официальное и быстрое, и выглядел он отлично, тоже, кстати, не сюрприз. В то время как Джим надел свою вторую «хорошую» фланелевую рубашку и побрился, Вин был в новом костюме, не в том, что был на нем в больнице три часа назад.
Возможно, он надевал шмотки лишь раз, а затем выбрасывал.
– Не против, если я буду звать тебя Джимом?
– Нет.
ДиПьетро повел его к двери, открывая вход в… Охренеть, квартира была прямо из коллекции Дональда Трампа – черный мрамор, золотые завитушки, различный хрусталь и резные статуи. Начиная с полов парадного коридора и до лестницы, ведущей на второй уровень… и, ага, плюс напольное покрытие гостиной, здесь было столько тесаного и обработанного камня, что Джиму стало интересно, как много каменоломен выгребли до дна, чтобы отделать это место. И мебель…