Жена на время

Он ничего не сказал. Этого и не требовалось. Он был готов врезать мудаку, его серые, раньше спокойные, глаза пылали огнем.
– Отпусти мою руку, чтоб тебя за ногу! – прокричал парень.
– Заставь. Меня.
Джим посмотрел на женщину.
– Я и мой приятель разберемся с этим. Почему бы вам не сделать себе кофе и пригласить двух других девочек с собой? Я крикну, когда они перестанут выделываться.
Ее глаза метнулись к Вину. Было ясно, что она не любила принимать помощь, но она также была не глупа. Учитывая под каким кайфом находились студенты, они заправились не только спиртным, а также коксом или амфетамином. И значит, велика была вероятность, что ситуация пойдет по наклонной.
– Я позвоню вышибалам, – прошептала женщина, открывая дверь в раздевалку.
– Сделай мне одолжение, – сказал Вин, продолжая удерживать парня, – и не звони никому.
Она покачала головой, уходя из коридора.
И в этот момент, в руке неподвижного парня появился нож.
Предоставив Вину милую болтовню с этой парой, Джим сделал шаг вперед, предугадывая, в каком направлении произойдет выпад с ножом. А, ну точно, придурок с лезвием собирался зайти справа, потому что был правшой, и в этом крылась причина промедления…
Джим схватил парня в середине атаки: поймав его запястье, он резко развернул его, сдавливая сустав, пока оружие не упало на пол. И как только он познакомил морду парня со стеной, Вин перешел на кулачный бой. Уклонившись от размашистого удара, он поднялся с кулаками наголо как боксер. Его удар сшибал с ног… но проблема в том, что незаконные стимуляторы в студенте, вместе с расположенностью к преступлениям и алкоголем, несли в себе эффект анестетика.
Поэтому парень с корявым, а сейчас и окровавленным ртом, даже не почувствовал удара. Он вернул хук в руку Вина, и началась заварушка. Они стали совсем дикими, превращая коридор в ринг для боев без правил… было на что посмотреть: Вин выступал одновременно и агрессором, и наказывающим в этой паре.
Чтобы предоставить ему простор для драки, Джим оттащил мертвый груз с дороги, намереваясь вести себя цивильно, пока его мешок дерьма не приносит ему проблем.
Ублюдку пришлось открыть свой рот. Он просто вынужден был:
– Почему вас заботит, что делает какая-то шлюха? Она же, мать вашу, просто ноль без палочки.
Перед глазами Джима все замелькало, но ему пришлось взять себя в руки и перевести взгляд на потолок. Конечно же, через равные интервалы были установлены камеры… и значит, происходящее записывалось. С другой стороны… ему с Вином хватило ума уступить противникам первые удары и достать оружие, так что по закону это признают самозащитой.
Но, самое главное, эти два придурка студенческого возраста, сидящие на незаконных препаратах, не захотят что-то писать в полиции.
И значит, нет причин не закончить это.
Джим усилил хватку на запястье, затем, захватив плечо, дернул парня назад так, чтобы он мог прошептать ему на ухо.
– Я хочу, чтобы ты сделал глубокий вдох. Давай… соберись. Успокойся и сделай глубокий вдох для меня. Вот так…
Джим все сильнее и сильнее сдавливал, пока боль не вытеснила все возражения. И когда он добился большей податливости и ровного дыхания, он быстрым поворотом вывихнул руку прямо из плечевого сустава. Изданный крик был громким, но музыка с танцпола заглушила эхо. Поэтому, принимая все во внимание, клубы были не самым плохим местом для подобных стычек.
Когда парень рухнул на пол, Джим сел на корточки перед ним.
– Ненавижу больницы. Только что выписался из одной. Ты знаешь, что они будут делать с таким ранением как у тебя? Они вставят руку назад, где она находилась. Смотри, давай покажу тебе.
Джим поднял свисающую конечность и даже не стал говорить парню о глубоком дыхании. Он просто приложил нужное давление, чтобы кость нырнула назад, в положенное место. В это раз не раздалось крика – сукин сын просто лишился сознания.
После удачной попытки поиграть в ортопеда, Джим взглянул, как обстоят дела у другой половины – и выпучил глаза на то, как Вин месил печень противника, словно тесто. Студент совсем завял, выглядел при этом основательно побитым – он пользовался руками для защиты, а не для самих ударов… а коленки шатались так, будто он едва держался на ногах.
И все бы ничего, если бы не возникшие проблемы.
У выхода из коридора они привлекли внимание завсегдатая клуба, который сейчас пялился прямо на них. Освещение было тусклым, но не достаточно. Самое время линять.
– Вин, пора уходить, – прошипел Джим.
Неудивительно, что новость не дошла до адресата, учитывая ожесточенный фокус Вина к своему противнику. Черт, хрен с зеваками; если Вин продолжит начатое, то запросто убьет