Женитьба порочного герцога

для малолетних, где она стояла под дождем полдня в ожидании, когда отпустят ее сводных братьев.
Вскоре ей пришлось познакомиться и с Уэст-Эндом, где среди элитных особняков в Мейфэре отец довершил ее уличное образование, когда показал, как нужно срезать кошельки у зевак.
— Я знаю город достаточно хорошо, чтобы тебе не пришлось скучать в моей компании, — сказала она уклончиво. — Как ученице академии, тебе не раз придется участвовать в увлекательных прогулках. Будут и библиотеки, и оперы, и…
Эдлин накрутила на палец черный локон, выставив напоказ обгрызенный ноготь. Ей явно было скучно.
— А мы увидим дуэли?
— Очень надеюсь, что нет. Поверь мне, нет ничего увлекательного в зрелище истекающего кровью мужчины. Кроме того, это незаконно. Но мы будем кататься на лошадях по паркам, танцевать на балах и ходить по магазинам на Бонд-стрит. Есть еще завтраки с шампанским, начинающиеся не раньше трех, а еще званые ужины…
— А что насчет Воксхолл-Гарденз?
— Дочери герцога нечего делать в местах с такой низкой репутацией.
— Я даже не уверена, герцога ли я дочь.
— Что ж, пусть племянница, — поправила себя Харриет. Она решила, что пора встретиться с Шарлоттой в холле внизу, чтобы поговорить с глазу на глаз. Дело не терпело отлагательства. — Пока ты отдыхаешь, я принесу тебе чай с тортом.
— Ага, и торта побольше.
— Вот и договорились.
— Мисс Гарднер?
У Харриет появилось плохое предчувствие, отчего мурашки побежали по спине. — Да?
— Оставьте поднос у дверей. Сегодня я не хочу больше с вами разговаривать.

Возвращение давно пропавшего члена семьи в печально известный особняк Боскаслов было настоящей радостью для братии. Когда выяснилось, что эта черная овца еще и герцог, то Грейсон Боскасл, пятый маркиз Седжкрофт и помазанный пастух этого стада, решил устроить столько званых вечеров в честь воссоединения, сколько позволял этикет. Его завалили просьбами о встрече с новоявленным чудом.
Уже на второй день после прибытия молодого герцога Гленморгана в Лондон Грейсон закатил в его честь бал в особняке на Парк-лейн, а особняк этот иначе, как дворцом, в народе и не называли. В конце концов, не каждый день удается похвастать родством с пэром.
Как избранной фаворитке, Харриет не раз доводилось бывать в этом роскошном доме. Впрочем, о своем первом злосчастном визите туда она пыталась не вспоминать.
Лишь чудом ей удалось избежать встречи с дворецким, лакеями и стражей и просочиться в покои леди Джейн. В ту самую секунду, как нога ее переступила порог комнаты, она позабыла о цели визита. Она чувствовала себя принцессой перед первым в жизни балом, а не воровкой, которую сводные братья послали выполнять грязную работу.
Покои казались больше, чем та грязная нора, какую они делили на семерых. Огромные зеркала в золоченых рамах отражали ее изумленное лицо и невзрачный внешний вид. Кипа разноцветных вееров валялась на широком кресле. Столько туфель, разбросанных по всему полу, она не видела никогда в своей жизни.
Маркиза, должно быть, полдня проводила, подбирая костюм для празднества. В первую же секунду на одну ногу Харриет надела туфлю, инкрустированную бриллиантами, а на другую — танцевальную туфлю-лодочку на высоком каблуке, украшенную жемчугом, в которой ее лодыжка выглядела особенно выигрышно. В соседней комнате она обнаружила целую коллекцию разной обуви.
— Боже! — воскликнула она. — Так вот где работают по ночам эльфы-сапожники.
— Верно! Но ты не эльф, а потому останешься здесь до приезда полиции, которая увезет твою персону в участок, — услышала она позади себя голос, полный снобизма. Она повернулась и увидела перед собой лакея.
Харриет фыркнула:
— Нет у меня никакой персоны, я работаю одна.
Он потянулся к ней, губы его скривились в нехорошей улыбке.
— Вот я тебе…
Раздался щебет голосов, прервавший так и не озвученную до конца угрозу.
— Небеса обетованные! — проворчал он, и руки его взметнулись к голове, будто он хотел вцепиться пальцами в парик. — Маркиза здесь! И… — Он угрожающе прорычал и вырвал золотую булавку из волос Харриет.
Именно этот момент его хозяйка,