Женское царство

у тебя есть любимая девушка. Предложить ей полететь с собой и обречь народ на страдания тоже не выход. Нет он видя подобные порядки не предложит.
  Вот даже сейчас начался штурм, а палачи на площади порют людей. Секут всех подряд, не щадя не женщин и ни детей. Последних бьют с особым ожесточением, словно они главные виновники всех бед.
  Харри заметил:
  — Каким надо быть подонком, чтобы ударить ребенка. А тут их бьют с не мыслимым ожесточением.
  Баба-Яга возразила:
  — Человек должен с детства терпеть побои и привыкать к жестокости. Тогда став взрослым, ему не будет так больно. Вот тебя Харри, разве не били.
  — Били и не раз, но ничего в этом хорошего нет. Я бы не хотел физически наказывать своих детей, чтобы они проливали слезы. Нужны другие методы, воспитания.
  — Доброе у тебя сердце мальчик, но родитель если любит, то должен наказывать. Пожалуй, даже лучше, если за него это делает профессиональный палач: лицо объективное и физически крепкое. А теперь докажи что не трус, спустись вниз и сражайся.
  Харри был в ярости. Он совершенно преобразился словно коршун, атакуя рассеявшихся солдат. Воины, по которым прошлась дымовая бомба, завалились в глубокий сон. Светлана даже без лестницы, самостоятельно вскарабкалась на стену. Она как всегда стремилась к самому горячему месту. Баба-Яга сказала:
  — Будем рубиться в унисон. Покажем четкое взаимодействие.
  Харри ответил:
  — На пару это будет делать веселее.
  Резко спикировав они врубились в окружение маркиза де Куверта. Харри почувствовал в руках меч. Тяжеленький и острый. Сражаться на мечах было не простым делом. Во-первых, надо понимать в фехтовании, тут навыки Харри самые примитивные. Он делает выпад, его атакую, мальчишка парирует и чувствует, что от удара онемела кисть. Брр сильный противник достался. Так может и смять.
  Юноша уходит, вспоминает прием подсказанный Анютой. Пропускаешь боевую массу противника вперед и тут же выполняешь подсечку.
  Крупный рыцарь повержен и клинок сам находит затылок. Ведьма в свою очередь действует более эффективно. Она быстра и играет мечами с обеих руку.
  — Ты на меня не смотри Харри. Занимайся лучше своими партнерами.
  Юноше пришлось туго, врагов намного больше и среди них парочка гоблинов-наемников. А это серьезно. Гоблина с его толстой шкурой убить очень сложно.
  Вот обычного ратника, куда уж проще. Его Харри как раз и уложил, резким взмахом меча, обвод и удар в горло.
  Светлана уже врубилась в строй, как и обычно, в ход идут два меча и три косы. Вообще для женщины коса, оружие номер один, они его просто обожают. Девушка резко крутанула головой, раз-два и острие распорола морды четырем солдатам. Очень красивый выпад, необычайная точность движений.
  — Как ребята — резвее жеребята! Хотите дергать деву за косу, на самокатах мчаться по двору! — Пропела, вкладывая ядовитую иронию, воительница. — А я хочу, хочу опять — мечом острейшим головы сшибать!
  Девушка прошлась, словно стальной резак в древесной коре, устилая свой путь трупами. Вот еще один резвый взмах косами и мечами, как завалились сразу семеро бойцов.
  — Салют мальчики — устроим балаганчики! — Воительница показала язык.
  Пока Светлана резвилась, поражая противников, Харри переживал не лучший момент, на него насел гоблин. Громадный весом в три центнера, для своей массы довольно подвижный.
  Впрочем, худосочный Фоттер, ловко ушел от меча и всадил клинок, наемнику-монстру в грудь. Кожа оказалась дубовой, упругим толчком отразив выпад.
  Мальчишка с досадой произнес:
  — Твоя мать видимо переспала с буйволом.
  Гоблин, похоже, был лишен чувства юмора. Он бросился на юношу, махая мечом в рост взрослого человека.
  Впрочем, большие размеры позволяли маленькому Харри ловко отклоняться, от клинка. Он как всегда, не очень правда легко, но уходил от крупного лезвия.
  — Я Харри Фоттер! — Сказала мальчишка, ударив коленом в пах. И тут же в ответ получил такую оплеуху, что отлетел как мячик, с разбитым носом. Скорость юноши упала, с следующий удар едва его не пересек пополам. Меч лишь отчасти смягчил выпад, острие разрезало живот.
  — Ой! Больно! — Крикнул мальчишка.
  Харри отскочил, а гоблин сдавил его руками. Да так что глаза у юноши полезли на лоб. Не будь его кости укреплены гравиотитаном то мальчишка, несомненно, окочурился на месте. А так лишь ребра затрещали. Тогда волосатые руки гоблина стали подбираться к горлу парня.
  Харри понимал что, пожалуй, его горловые хрящи не выдержат подобного напора. Рука охватила шею, началось удушье.
  Ведьме также приходилось не сладко, но она успела выкрикнуть.
  —