уверенность и силу.
— Дави! Коли их! Кричали тысячи глоток.
Стены оказались практически полностью захваченными и скользкими от крови. Когда Светлана сбросила офицера, он со всего размаха плюхнулся в котел с кипящей смолой. Его гибель была ужасной, еще несколько человек были обрызганы и обгоревшие вопили во все глотки.
Харри размахивал своим волшебным кинжалом, теперь его удары рассекали броню, множество мечей. Полковой колдун, с длиной седой бородой, судя по всему опытный чародей, попробовал атаковать мальчишку.
— Смотри молокосос, и учись.
— Слушаю во все уши.
Он выпустил большого паука-фантома. Юноша прошептал встречное заклинание. Монстр повернул назад и принялся ломать хребты, убивая солдат-неудачников. Виртуальный зверь помог в битве, тем более что защитников было не многим меньше чем нападавших.
— Что приятель малость не рассчитал силы?
Колдун зарычал как пес:
— Ты малолетка будешь раздавлен.
— А ты «многолетка» схвачен за бороду.
Харри вывернул заклинание и швырнул кинжал. От старого колдуна осталась лишь чернильная тушь. Боевой дух защитников окончательно упал и он спешно сдавались в плен.
Маркиз Куверт решил бежать. Для этого он выбрал одну из подземных галерей. Возможно, ему и удалось бы уйти, но помешала жадность. На всякий случай он пробрался в дом бургомистра. Там хранился сундук с городской казной и драгоценностями.
Он вбежал в пышно обставленный дом из белого мрамора. За окном высоко вверх била струя фонтана, она лилась из пасти животного похожего на дельфина, только колючего как дикобраз. Тут было чем поживиться. Особенно в розовом кабинете бургомистра. Туда и заскочил Куверт.
— Ну, вот если супергерцог не казнит меня за сданный город, я стану еще богаче. — С довольным видом произнес маркиз.
Вот серия зеркал на стене, нужно повернуть лишь головку птички и потайная дверь откроется.
Маркиз так и делает, просовывает руки и достает кованный золотом сундучок.
И так и застывает с раскрытым ртом. Баба-Яга с мечом в руках прикоснулась к его горлу.
— Ну, как приятель, припух.
— Дафна, может не надо!
— Надо! Хочешь увести народное добро. Так вот теперь это будет принадлежать свободным людям.
Маркиз предложил:
— Давай поделим сокровища. Что скажешь Дафна?
Баба-Яга у которой нашлось второе имя ответила, грозно выкрикнув:
— Ты предлагаешь мне взятку.
— Я хочу сделать тебя богатой!
— Магия и могущество мои богатства. Кроме того ты не подула, что я могу просто тебя прирезать, а сокровища целиком забрать себе!
— Как? Ты жестока Дафна!
— Супергерцог именно так и поступил бы на моем месте. Ну убила подонка, и его слишком хитрого слугу, одним ртом меньше.
— Отпусти меня Дафна и забирай все сокровище себе. Это будет вполне справедливо!
Ведьма покачала головой:
— Не дорого ты ценишь свою жизнь. А что если я хочу быть честной и выдам тебя повстанцам. За твои преступления тебя ждет кол, или подвешивание ребрами за крюк.
Маркиз побледнел и запинаясь произнес:
— Не стоит так делать?
— Почему?
— Я им скажу, что ты шпионка супергерцога.
Дафна рассмеялась:
— Ну и кто тебе поверит. Тем более что именно я сбросила вместе с Харри Фоттером дымовую бомбу. Благодаря чему мы и разгромили почти равный нам по численности гарнизон. Шпионы так не ведут!
— Как сказать, может это хитрость чтобы поглубже войти в доверие к вождям восстания.
— И думаешь, супергерцог одобрил бы такую самодеятельность? Глупость несешь. Впрочем, я тебе отрежу язычок, чтобы ты ничего лишнего не наболтал.
— Не надо отпусти! Я тебе еще такую бумагу напишу, подарю целое имение.
— А потом попытаешься оспорить, ссылаясь на насилие.
— Да нет никогда!
Ведьма Дафна сунула гусиное перо:
— На пиши. Может это единственное мудрое решение в твоей жизни.
Маркиз некоторое время выводил не гнущимися пальцами, с трудом поставил подпись.
— Кажется все!
Баба-Яга обрадовалась:
— А вот теперь тебе можно будет вырвать язык.
Она схватила, было маркиза за челюсть, дернула, как внезапно ее прервал знакомый голос.
— Что опять самосуд! — В комнату ворвалась Светлана.
— А вот я воришку поймала. — Видишь, сколько драгоценностей украл. — Показала сундук баба-Яга.
— За это тебе спасибо! Но он тебе кажется и свое имение завещал, с рабами и лошадьми.
— Да! Было и такое! Но почему не использовать его богатства ради победы дела революции.
Светлана энергично возразила:
— У нас не революция, а реставрация