Женское царство

  Прогремел сигнал, забили барабаны. Трубы играли наперекос, как-то нервно. Началась схватка!
  Жарнир была спокойной, хотя на нее бросились сразу трое мужчин. Резкий разворот замах. Один получил коленом в солнечное сплетение, двое других срублены мечом, головы отделены от тела.
  — Вот так! Четкий прием! — Сказала воительница.
  Снова на нее набросились, двое и тут же полегли. Движения дивы слишком уж стремительные чтобы за ними можно было уследить.
  — Ну что же вы расслабились, почему не поем! Я вижу очень нравиться душевный прием! И этот прием! — Воительница ударила воина бросившего на девушку и успевшего расцарапать ей руку в затылок. Тот замертво завалился, шея оказалась сломанной.
  — Вот видишь, как я расправляюсь с подобными гадами. — Не сметь трогать женщин грязными лапами.
  Гронн поглядел на нее сверху вниз:
  — Да ты просто супер! Хорошо дерешься.
  Воительница улыбнулась, и так всадила ногой гладиатору в подбородок что у того челюсть вошла в затылок.
  — У меня классная школа.
  — А моя хуже!
  Жарнир уложила одним взмахом двоих мужчин, распоров им глотки. Ее улыбка стала еще шире.
  — Попробуй, испытай!
  Еще двоих юношей девушка просто столкнула лбами, отключив сознание. Кровью вполне насытилась.
  Они остались один на один. Крупный бравый мужчина, против не менее искусной женщины.
  Гронн спросил:
  — А ты действительно хочешь драться со мной.
  — Драться да! Убить нет! Такой крупный и сильный самец должен жить.
  Гладиатор усмехнулся:
  — Я тебе нравлюсь?
  — Да! Довольно симпатичный, по запаху слышно темпераментный мужчина. — Жарнир провела языком по губам. — Нет, живой ты гораздо лучше.
  — Тогда притворись, что я побеждаю. Обещаю не сильно ударить по голове. После чего герцог тебя помилует.
  — Я не привыкла проигрывать, даже нарочно. Таково мое кредо. Так что хочешь ты или нет, а дерись.
  Гронн испустил вздох:
  — Тогда мне придется тебя убить!
  Оба воина бросились друг на друга. Гронн буквально дышал яростью и ненавистью. Жарнир встретила его скользящим ударом по трезубцу. Гладиатор размахнулся и в туже секунду, от сильного сотрясения, выронил оружие. Воительница добавила тупым концом меча по виску.
  — Жаль тебя красавчик, но учить придется!
  Девушка рассмеялась, могучий боец отрубился.
  Толпа взревела:
  — Добей его! Добей его! Добей!
  Жарнир заколебалась, ей не хотелось колоть беспомощного человека, но в то же время собственная жизнь казалась более важной. Хотя если что может под шумок удастся скрыться.
  Герцог, за ним на правах почетного гостя было последнее слово, произнес с ударением:
  — Гронн сделал все что мог, и даже более этого! Поэтому я его своей властью милую! Да будет так!
  По рядам знати пронесся недовольный гул. Там похоже не все одобряли подобный «гуманизм».
  Выдержав паузу, герцог закончил:
  — А теперь пускай он приведет воина в себя, сядет ему на шею и поскачет как на добротном жеребце. Унижение горше смерти.
  Жарнир улыбнулась:
  — Что же справедливое решение сановника. Лучше и не скажешь!
  Воительница пару раз хлопнула поверженного Гронна по щекам. Тот, наконец, пришел в себя и заморгал. Девушка произнесла:
  — Ты теперь мой! Так что придется меня подвезти.
  Тот ответил, сохраняя остатки достоинства:
  — Что же такую красавицу и покатать, не жалко. Я никогда бы себе не простил, если бы тебя убил.
  Жарнир усмехнулась:
  — Надеюсь что ты резвый. Можешь ржать как лошадь.
  Под дружный смех воительница оседлала его и порулила. Они скрылись за дверями, а за ними ушли и прочие девушки, мелькая голыми пятками.
  Герцог произнес:
  — Все больше ее не выводите!
  -А почему? — Спросил губернатор.
  — Исход боя слишком предсказуемый. А кому такое может понравиться.
  — А если одну против сотни!
  — Так не интересно! Давай что-нибудь на равных.
  — Да будет, по-вашему, пресветлость!
  Пока господа гуляли, Харри, Ведьма и Туаз, пробиралась в ночной город. Школа гладиаторов была целым комплексом зданий. Сверху было видно, как светились огни. Вокруг комплекса высокая каменная стена. Так как они перелетели через городские укрепления, Туаз немного струхнул.
  — Вообще ни разу в жизни я не летал на подобной высоте!
  — А во сне? — Спросил Фоттер.
  — Не помню. Все эти сны такие недолговечные. К тому же сознание в полумраке, не успеваешь испугаться.
  — Понятно! Но тут мы тебя крепко держим. Ступа надежная и никогда не подводила. — Сказала Баба-Яга.
  — Увы, магия не всегда