Женское царство

с похищением британской короны!
  — Ты же Харри Фоттер, а не Шерлок Холмс.
  — Да, но мои подвиги стали слишком широко известны даже за пределами нашей вселенной. Вы же сами знаете мою вечную борьбу со злом.
  — Да знаю! — Полковник смотрел на прибор, тот хранил молчание. — Когда вы в последний раз виделись в Красновой.
  — На инопланетном звездолете, неизвестной расы. Он направлялся к Земле, чтобы в зародыше уничтожить ростки цивилизации. Видимо это страж, которых должен пристально следить за развитием человечества.
  — И вы уничтожили звездолет!
  — Конечно! Хотя это дорого нам стоило! Особенно сильно пострадала девушка, она была вся в ранах.
  — Почему тогда это космический корабль не зафиксировали средства ПВО?
  — Наверное он создан невидимым для них, а также для визуального наблюдения. Технику других миров способных летать между звездами и должна быть более совершенной.
  — Согласен! — Закурить не хочешь! У меня несколько сортов сигарет! Может, ты хочешь «Кэмел».
  — Я вообще не курю!
  -Похвально! — Полковник затянулся. Встал, подошел к прибору проверил, нет, полиграф работает на экране видны все параметры.
  — И что он успел сделать.
  — Сбил большое количество спутников!
  — Да и это было!
  Полковник нахмурился и сказал:
  — Видно ты действительно болен, как и твоя подруга. Ее голой нашли на территории Кремля. Она что бормотала на непонятном языке. Ее приняли за шпионку или террористку и отправили в Лефортово. Так она умудрилась бежать из самой охраняемой тюрьмы, да еще вырубила десяток спецназовцев. Он вызверился:
  — Понимаешь! Вам грозит обвинение в терроризме.
  — Мы спасли Землю и вашу страну! Мы не террористы! — Возмутился Фоттер.
  — Возможно, тебя надо допросить более профессионально. С гипнозом, методами фармакологического и физического воздействия! Передайте его нам!
  Главврач ответил не спеша: она взял в руки большое, наливное яблочко, надкусил его и отметил:
  — У этого парня довольно высокий уровень интеллекта. Было бы интересно прогнать его по различным текстам.
  — Мы прогоним его сами, по различным параметрам! Не волнуйтесь, в ФСБ ребра даже террористам не ломают не то, что этому ребенку.
  — Хорошо, осталось только оформить его передачу, это займет часа два не больше!
  Сам понимаешь, бумаги правят миром!
  — Ну, хорошо! Можешь этим заняться, а пока я допрошу Узбекова, он может быть полезен.
  — Да пока пускай Харри Фоттер полежит привязанный к кровати. И не пытайся улететь на швабре.
  — Да я и так не убегу! — Смутился юноша. — Честное волшебное!
  — А мы не принимаем! — Сказал главврач! — Можешь рискнуть сбежать, только это совсем не реально! Увести его!
  Милиционеры снова нацепили на мальчишку наручники, и повели по лестничным площадкам и коридору. Харри шел молча. В голове у него стучало и стало радостно: Светлана живая, и мало того сумела сбежать. Крутая девушка, настоящая воительница. Вот если бы у него дочь была такая смелая как это, дивная разведчица. Юношу довели до массивной кованой железом двери с решетками, там его встретил санитар.
  — Ну, как его?
  — Приказано привязать к кровати!
  — Слушаюсь! — Санитары отдали под козырек, подхватив под руки тощее тело Харри Фоттера, понесли.
  Юноша счел за лучшее не сопротивляться:
  — Что будет, то будет!
  Сумасшедшие встретили его появление кто с сарказмом, а кто с визгом восторга.
  — Харри Фоттер вернулся! Ну, как полетал на метле! — Спросил подбежавший подросток-летчик. Санитар отогнал его:
  — Брысь малявка!
  Юноши привязали к кровати, один раз врезали дубинкой, чтобы знал, что здесь хозяин.
  — Ты просто мясо на вертеле мясника! — Объяснил санитар. — Если попадешь в ментовку, еще хуже будет. Смотри, как бы в пресс-камере такого сопляка не опустили!
  Харри глупо спросил:
  — А как это опустили?
  — После узнаешь! Когда опустят, поздно будет, на всю жизнь останешься петухом.
  — Петух у французов считается славным воином. — Заметил Фоттер.
  — Вот ты и будешь считаться воином! — Санитар засмеялся. — Который дерет кур и цыплят.
  — Что же мне не понятен ваш сленг!
  Пабло Пикассо прервал его:
  — Помолчи, я буду показывать тебе рисунки, это отвлечет от дурных мыслей.
  Когда Харри Фоттера привязали, художник и впрямь стал показывать творения своей мысли. В частности изображение вавилонской башни, ее ломают на две части исполинские руки.
  — Своего рода кара Господняя! Это на некоторое время отвлекло Фоттера. Неожиданно в коридоре возник шум. Сумасшедшие визжали и припрыгивали:
  —