Попасть из психушки в космическую империю, где на кадого мужчину приходится миллион вечно юных женщин! Супер!
Авторы: Рыбаченко Олег Павлович
В чем дело? — Спросил Харри.
Пабло Пикассо ответил:
— Похоже, ведут новенького. Это ведь большое развлечение.
— А когда меня вели что было?
— Ты в этот момент просто спал. И наши парни, не знали, человека ли ведут или просто кулек несут. Сонный на половину мертвый.
— Ну ладно посмотрим.
В палату с победным видом вошел больной довольно высокого роста с усиками.
Она крикнул:
— Зинд Хайль!
. ГЛАВА Љ 2.
— Ну, вот фашист, на нашу голову! Дожили! — Пробурчал Пабло Пикассо.
Генрих Наварский ответил:
-Нынешний режим ни чем не лучше. Гитлер, по крайней мере, был откровенен. Что говорил то и делал.
Сумасшедший проорал:
— Ну что мои подданные признаете фюрера!
Пабло Пикассо ответил:
— Мы трепещем перед вашим арийским величием.
Фюрер выхватил из-за пояса нож:
— А кто еврей или не признает меня, будет зарезан.
Харри Фоттер крикнул:
— Слава великому фюреру!
«Гитлер» выпрямил стан в свой не малый рост:
— Вот видите, меня все признают! Я великий, я герой. Безжалостная русская зима победила мою великую армию. Звезда вермахта закатилась. Но я воскрес для новых битв. Никто не может остановить великую Германию. Зинд Хайль!
Фюрер, похоже, был из блатных, размахивал ножом, и никто из санитаров не реагировал:
— Видите, до чего я крут!
Фоттер подумал, что сейчас самое время сбежать. Он произнес громким шепотом:
— Я Отто Скорели ваш любимый солдат.
Фюрер посмотрел на него с подозрением:
— А почему ты такой худой?
— Русские слишком долго держали меня в концлагере. Перережьте веревки мне о величайший.
Самозваный Гитлер надулся:
— Мне великому фюреру поручать такую мелочь.
— Я ведь еще не выполнил ваше задание.
Гитлер вытянул удивленное лицо:
— Какое еще задание?
— Помните Сталина?
— Да этого гада полугрузина и полуеврея никогда не забуду.
Фоттер понизил тон:
— Я должен убить его!
Чокнутый Гитлер кинулся перерезать веревки:
— Сделай, так что бы он помучился. Сталин подонок, он погубил великую Германию без него советский союз быстро бы окочурился.
— Согласен! — Произнес Харри.
— Он не должен умереть быстро! Потому что я так сказал. — Возвысил голос мнящего себя Гитлером.
— Тем лучше! И чтобы цвел родимый край: Зинд Хайль, Зинд Хайль! — Произнес Фоттер. Хотя он и, как и всякий порядочный человек ненавидел фюрера, но был вынужден, притворятся перед этим сумасшедшим.
— Что же я тобой доволен!
— Осталось только выбраться из этого пекла. — Сказал Харри. — Кругом одни решетки и санитары.
Фюрер самовлюбленно заявил:
— Эту проблему я беру на себя. Не бойся Отто Скорели! — Претендент на звание фюрера вышел в центр палаты, его глаза сверкали:
— Майне солдатен унд офицерен! Зинд Хайль! — Неистово закричал он, яростно раскрывая рот.
Сумасшедшие заорали: в палату вбежал санитар.
— Что Адольф буянишь! — Закричал он.
— Как видишь большевик! — Закричал в ответ фюрер. — Мой великий вермахт сомнет тебя в прах! Никто не смеет противиться великой Германии.
Санитар ответил:
— Хочешь, чтобы мы и тебя к койке привязали!
— Я фюрер, захвативший вселенную! Я могу одним движением пальца перевернуть линкор и тысячу танков.
Неугомонный малолетний летчик, мчась за воображаемым штурвалом, отдал честь и крикнул во всю глотку:
— Хайль Гитлер! Но пасаран! Иду на таран. — И со всего размаха в внушительный живот санитара.
Возникла свалка. Сумасшедший пацан визжал, санитар крыл всех матом, от удара согнулось стекло.
Харри Фоттер под кроватями как профессиональный диверсант подполз к выходу. Еще усилие и он оказался в коридоре. Но вообще -то психушка устроена таким образом что из нее очень трудно сбежать. Вот и Харри, пробравшись по коридору наткнулся на бронированную дверь. Шитая металлом и ватой, она казалась неприступной. Фоттер стал вспоминать заклинания. Те, что способны отворить ворота в любую твердыню. В голове мелькали различные образы. Наконец он остановился, щелкнул пальцами и начал читать:
— Уганорими кдохайме, проктарими, ушугухума!
Двери задребезжали и открылись под беспрерывным магическим напором. Фоттер шепнул:
— Свершилось!
Теперь он оказался на лестничной площадке. Харри Фоттер оглянулся, плавно закрыл за собой двери. Похоже, его уход не замечен. Тем лучше, надо спускаться вниз. Одно дело сбежать отсюда, другое из тюрьмы ФСБ, это куда сложнее.
Не которые блатные больные имеют право свободного выхода, но они,
