не на охоту собрались?
— Можно и так сказать! — Заявила Светлана. — Причем на крупного зверя.
Баба-Яга посмотрела на грудь Анюты:
— А ты уже, похоже, поохотилась. Такую зверюгу завалила.
— Не жалуюсь на силу. А что это вас удивляет?
— Как сказать воительницы! Вижу, что с вами скачет сама королева. Что Алисара, хочешь вернуть трон.
— Возможно! Но это моя проблема! Если хочешь, присоединяйся к нам. Получишь должность при дворе.
Баба-Яга отрицательно мотнула головой.
— Должность при дворе меня не привлекает. Я привыкла жить в горах, быть вольной птицей, хотя пару месяцев у вас погостить можно. Какие там при дворе кавалеры? Крутые!
Алисара ответила:
— Дерзкие и сильные! Тебе подойдут!
Баба-Яга тряхнула черными как смоль кудрями. Ее глаза блестели, рот хитро улыбался:
— Знаешь, у меня есть к вам условие.
— Какое? — Спросила Светлана.
— Я не хочу присоединиться к проигравшим. Мое кредо либо быть сильной, либо дружить с сильными. Баба-Яга взяла метлу, и отломала прутик. Спусти мгновение, он превратился в крошечную птичку. Что-то вроде чижа только меньше, и шустрее.
— Давайте так! Я выпущу эту птицу. Она не живая, но летает быстрее, чем любая тварь. Так вот вы должны попасть в него стрелой. До сих пор это никому не удавалось. Самые лучшие стрелки разных королевств промахивались, даже эльфы. Тут среди вам вроде бы есть эльф. Так вот если попадете, присоединяюсь к вам, так как поверю в вашу победу. А вот в случае промаха не обессудьте.
Файка сказала:
— Стрелять буду я! Участвовала в различных соревнованиях по спортивной стрельбе. Так что попаду в любую подвижную цель.
Юноша предложил:
— Может лучше Светлана, она выдающийся воин.
— Я готова, правда, практики стрельбы из такого оружия было маловато.
— Так лучше я! — Меня всегда привлекала стрельба из примитивного, но эффективного и интересного оружия. — Настаивала Файка.
Харри предложил:
— Файка еще ни разу не проявила себя в нашей команде. Давайте дадим ей шанс.
Светлана нехотя произнесла:
— Уступаю!
— Что же я готова выпускайте вашу птичку.
— Подожди! — Сказал Харри. — Я кое-что сделаю.
Юный волшебник провел острием кинжала по стреле на луке. Что-то прошептал. Кинжал сверкнул, стрела также засветилась.
— Вот теперь стреляй.
Ведьма всплеснула руками, чиж взлетел, его полет был практически неуловим.
Файка выстрелила:
— Для меня это не трудно.
В воздухе громыхнуло, посыпались искры фейерверка.
Баба-Яга удивлено произнесла:
— Похоже, вы попали! Лохматая женщина присвистнула. — Я такого от вас и не ожидала. Впервые подобное случилось.
Файка надулась:
— А чего ты хотела от эльфов.
— Многого! Теперь знайте, я присоединяюсь к вам! У вас есть все шансы на победу. — Лукавые глаза ведьмы сверкнули. Светлана посмотрела на нее. У бабы-Яги была гладкая ухоженная кожа, загорелая и ровная. И все же было ясно, что ей куда больше лет, чем она выглядит. Что можно сказать о ней. В равной степени распределены наклонности к добру и злу!
— Мы принимает тебя в команду. Можешь присоединяться к борьбе за справедливость! — Сказала Светлана.
Алисара оборвала ее:
— Мне кажется что речь идет об моей короне. И как королева я решаю быть или не быть.
Светлана заявила:
— Я имею большой опыт в ратном деле. А вам еще не приходилось воевать. Кроме того разбираюсь в людях, профессия такая. Поэтому в практическом руководстве операции «Возращение короны» мне все карты в руки.
Королева смягчилась:
— Да может это и так! Но принято, чтобы последнее слово было за монархом. Иначе подданные воспримут меня за марионетку иностранной воительницы.
— Хорошо! Я это учту! — Светлана церемонно поклонилась.
— А теперь прибавим шагу! — Пустите коней в галоп. — Мягко, но властно приказала королева. У Фоттера возникла ассоциация железной перчаткой покрытой бархатом. Хотя нет, раз ее свергли, девушка была слишком наивной. Как в свое время английский король Карл Первый. Настоящий рыцарь, которому отрубили голову. Последний из королей-рыцарей.
По пути они внезапно наткнулись на череду столбов, на которых висели прибитые люди. Животы у них были разрезаны, судя по всему, они истекли кровью. Были также торчащие на колу жертву. Среди казненных несколько детей, одному мальчику и вовсе не было семи: вопиющая жестокость.
Алисара обратила внимание подруг:
— Не знаю, что могла такого натворить дети, чтобы над ними так жестоко, расправились. — Худое личико королевы скривилось, по ней протекла