Женское царство

по выпирающим ребрам, и коричневой тонкой коже стекала смесь пота и крови. Мальчик изнемогал и держался из последних сил, другие ребята выглядели не многим лучше.
  — Как они издеваются над ними! — Сказала Анюта. — Нет сил, на такое смотреть.
  Натянутая струна лопнула, и ребенок завалился. Громадный надсмотрщик принялся избивать его. Внушительный кнут свистел, рассекая воздух, кожу. Полилась кровь.
  Палач бил мальчика с явным намерением забить насмерть. Тогда Анюта не выдержала, схватив тяжеленный булыжник, она метнула в надсмотрщика, раскроив ему черепную коробку. Кости и кровь метнулись в разные стороны.
  Послышались крики. Поняв что она себя обнаружила, девушка выскочила размахивая обеими мечами. Три первых попавшихся на пути стражника были изрублены на куски.
  — Станьте свободными! — Закричала девушка.- Почувствуйте себя людьми. Рубитесь и сражайтесь словно рыцари.
  Воительница яростно рубилась. Он совершала невероятные прыжки, делала сальто, крушила надсмотрщиков и стражу.
  Первыми на ее призыв к бунту откликнулась молодежь. Подростки самая дерзкая и непокорная часть рабов набросилась на своих ненавистных хозяев. Рабов было больше, ими двигала ненависть. Поэтому они с большой яростью, сражались, используя камни и молотки. Словно пожар в сухом лесу, восстание охватило несколько рудников. Тут Анюта подумала, что рабство это не столько рок, сколь состояние души. Что мешало эти людям обрести свободу намного раньше? А не мучиться под ненавистным ярмом. Девушка бросалась туда, где врагов было больше. Ее обнаженные ноги порхали, а сама она била из-за всех сил.
  — Нас не спасет ни Бог, ни царь, ни герой! — Только своими усилиями, через боль и кровь мы обретем свободу. — Цитировала она Ленина.
  Рабы побеждали. Накопленная ярость вплеснулась разом, тем более что большинство из них успело вдохнуть воздух свободы. Теперь движение и сражение стали потребностью невольников.
  Большая часть надсмотрщиков, была перебита сразу. Но в бой вступил сторожевой отряд. Анюта бросилась ему навстречу. Ее клинки словно приобрели волшебную мощь. Каждый удар, чья-то смерть, или оборванная нить. Воительница не знала пощады, а бушующие толпы рабов: мужчин, женщин, детей смяли отряд в лепешку.
  — Вот вы получили что хотели! — Крикнула взбешенная девушка. — Теперь расплачиваться поздно и померкли звезды!
  Под ногами воительницы хлюпала кровь, вокруг выкошены целые ряды. Среди павших много рабов, но их дух ни на мгновение не поколебался. Анюта подняла вверх красные и блестящие от крови мечи, и крикнула:
  — Вот так через отчаяние и боль обретается свобода!
  Девушка отбросила ударом ноги бросившегося на нее солдата. Рабы ликовали.
  Они подхватили на руки Анюты, и подбросили вверх.
  У воительницы закружилась голова от одновременного прикосновения рук такого количества потных мужчин. Они дотрагивались то ее голого живота, щекотали лодыжки, пальцы ног, ступни и бедра. Все это страшно возбуждало от природы горячую девушку и она, чувствуя, что теряет контроль над мыслями, вырвалась из коллективных объятий.
  — Нельзя терять время! — Крикнула воительница. — Присоединяйтесь к нашей армии. Которая принесет вам свободу и процветание.
  Тысячи рабов, среди них уже видно прошел слух о возвращении королевы дружно скандировали:
  — Алисара! Алисара! Алисара!
  — Вернись на трон! — Подсказала Анюта.
  Хозяина каменоломен, он был в вышитом драгоценностями халате, и чалме, выволокли невольники. Они хорошенько ввалили жирному борову. Звучали призывы:
  — На кол его! Отомстим кровопийце.
  Анюта заявила:
  — Пусть его судьбу решит королева!
  Крупный подросток возразил:
  — Королева слишком милосердна! Лучше расправиться с этим негодяем нам самим.
  — Тогда повесьте его! И пусть боги покарают грешную душу.
  — А разве мало он наших товарищей посадил на кол. Пускай помучается и до смерти! — Кричали рабы.
  Анюта возразила:
  — Это не выход! Кроме того, боги более жестко его покарают, если он умрет без мучений. Да и вы должны учиться милосердию, так как именно вам предстоит управлять этой страной. Не опускаться до уровня хозяев. Когда труд будет добровольным и самым почетным занятием на свете.
  — Не ужели!
  — Да! Тысячу раз да! Так как не будет бездельников, каждый человек будет занят своим делом. Раб станет равным царям. За это можно умереть, и одержать решительную победу.
  Невольники ликовали:
  — Веди нас веди!
  Вдали показались всадники, впереди развивался штандарт королевы «Голубь державший в клюве пшеничный колосок».
  —