Жертва всесожжения

ласково тронула мое лицо. Я дала втянуть себя в круг их рук. Кажется, от моего прикосновения у Жан-Клода прибавилось сил. Он сел чуть прямее.

Оглянувшись, я увидела, что Гидеон и Томас заняты примерно тем же с Падмой. Кровь текла у них у всех, но лишь в глазах Падмы еще горел страх. Я подтолкнула его к краю пропасти. Нас обоих. Меня воспитывали в католичестве, и не знаю, могут ли все в мире «Аве Мария» искупить то, что случилось со мной за последнее время.

Фернандо попытался вырваться, но его скрутили, связали серебряной цепью и заткнули рот – чтобы перестая умолять. Он никак не мог поверить, что отец его предал.

Лив не стала отбиваться, приняв свою судьбу практически безропотно. Кажется, ее больше всего удивило то, что я не убила их обоих на месте. Но у меня были другие планы. Они оскорбили стаю, пусть стая их судит. Этакое будет общественное мероприятие. Может, мы пригласим еще крысолюдов и устроим межвидовое веселье.

Когда их увели, зал наполнился такой тишиной, что ушам стало больно. Нарушила молчание Иветта. Она мило улыбалась, освеженная кровью Джейсона и нашей совместной силой.

– Жан-Клод все еще должен ответить за свои изменнические действия, – сказала она.

– О чем ты бормочешь? – невежливо спросил Странник.

– Мой Мастер, Морт д’Амур, обвинил его в попытке организовать новый совет в этой стране. Совет, который присвоит нашу власть и сделает из нас потешных кукол.

Странник отмахнулся:

– Жан-Клод много в чем виновен, но этой вины на нем нет.

Иветта очаровательно улыбнулась, и этой улыбки было достаточно.

– А что ты скажешь, Падма? Если он предатель, мы его казним, и это послужит уроком всем, кто осмелится посягнуть на власть совета.

Падма все еще лежал на полу, придерживаемый двумя своими служителями, и чувствовал себя не слишком хорошо. Он посмотрел на нашу маленькую группу – мы тоже лежали на полу. Нам шестерым сегодня не танцевать. Выражение лица Падмы было красноречивее любых слов. Я его унизила, испугала до потери лица и заставила отдать своего единственного сына на верную смерть. Он изобразил улыбку – далеко не очаровательную.

– Если они предатели, то должны быть наказаны.

– Падма, – сказал Странник, – ты сам знаешь, что это ложь.

– Я не сказал, что они предатели. Странник. Я сказал, если они предатели. Если они предатели, они должны быть наказаны. С этим даже ты должен согласиться.

– Но они не предатели, – настаивал Странник.

– Полномочиями, полученными от моего Мастера, я требую голосования, – сказала Иветта. – И кажется, знаю, за что будут отданы три голоса.

Ашер подошел к Жан-Клоду, к нам.

– Они не предатели, Иветта. Утверждать обратное – значит говорить ложь.

– Ложь – штука очень интересная. Как ты думаешь… Гарри?

Она протянула руку, будто дала сигнал, и рядом с ней появился Гарри, бармен. Я не думала, что меня сегодня еще что-то может удивить, но ошиблась.

– Вижу, с Гарри ты знакома, – сказала Иветта.

– Полиция тебя ищет, Гарри, – сообщила я ему.

– Знаю, – ответил он.

Ему хотя бы трудно было глядеть мне в глаза. Не сильное утешение, но хоть какое-то.

– Я знал, что Гарри происходит от тебя, – сказал Жан-Клод, – но на самом деле он не твой.

– Оui.

– Что это значит, Иветта? – спросил Странник.

– Гарри организовал утечку информации к фанатикам, чтобы они убивали монстров.

– Зачем? – спросил Странник.

– Я хотела спросить о том же, – сказала я.

– Мой Мастер, как и многие старики, боится перемен. Легализация – это самое опасное изменение, которое нам когда-либо угрожало. Он боится ее и желает ее прекратить.

– Как покойный Оливер.

– Совершенно верно.

– Но убийство вампиров ее не прекратит, – сказала я. – Разве что резко усилит провампирское лобби.

– Сейчас, – сказала Иветта, – мы начнем нашу месть. Месть столь кровавую и страшную, что все восстанут против нас.

– Это тебе не по силам, – возразил Странник.

– Падма дал мне ключ. Принц Города слаб, его связь со своими слугами еще слабее. Его легко убить, если кто-то бросит ему вызов.

– Ты, – сказал Странник, – можешь вызвать Жан-Клода, но тебе никогда не стать Принцем Города, Иветта. Никогда не достигнуть силы Мастера вампиров. Тебя приподняла над твоим уровнем лишь сила твоего Мастера.

– Это правда, что мне никогда не стать Мастером, но здесь есть Мастер, который ненавидит Жан-Клода и его слугу. Ашер!

Она произнесла это имя так, будто планировала заранее.

Ашер смотрел на нее, но казался удивленным. Что бы она