Жестокая жара

бросил ее прямо перед школьным балом? Или как учила дочь читать Джейн Остин и Виктора Гюго? И тому, что занятия музыкой — да и любое другое дело — должны быть увлекательным приключением, полным открытий. Касающихся не только музыки, но и себя самого.
Никки не могла рассказать ему обо всем этом. Или не желала. Эти воспоминания, как и тысячи других, были для нее запретной территорией. И крышка пианино, стоявшего в соседней комнате. Открывать эти двери было слишком больно. Может, Рук и прав. Может, она действительно окружила себя крепостной стеной.
Как и ее мать…
И если так, что это — недостаток характера или еще один ценный жизненный урок, который Синтия Хит преподала дочери на собственном примере? Так же как она показывала ей, что промежутки между нотами — это тоже музыка.
Шум в ванной стих, и Никки вынуждена была снова спросить себя, что же теперь делать, потому что она оказалась на перепутье — этого нельзя было отрицать. Почему, что же послужило причиной? Но как только открылась дверь ванной, Хит поняла, что это не самый важный вопрос. Самым важным вопросом было — как ей вести себя сегодня вечером, в этой рискованной ситуации.
Дон шел ей навстречу по коридору; кожа его блестела, на нем не было ничего, кроме полотенца.
— По-моему, ты что-то говорила насчет пива, — сказал он.
Не давая себе времени подумать, она открыла дверцу холодильника, вытащила из пластиковой упаковки две бутылки и поставила на кухонный стол. Никки и Дон чокнулись, отпили по глотку.
— Завтра наверняка все тело будет болеть, — усмехнулся он.
В дверь негромко постучали.
— Ты кого-то ждешь? — спросил Дон, выходя в коридор и направляясь к двери.
У Рука был ключ, но, возможно, он решил для разнообразия вести себя деликатно, поэтому Никки прошептала:
— Ничего не говори, просто посмотри, кто там.
Она обошла стол, пытаясь сообразить, как представить мужчин друг другу, и в этот момент полотенце соскользнуло с бедер Дона и упало на пол. Он лукаво подмигнул ей и наклонился к «глазку».
Выстрел из дробовика пробил дверь насквозь, разнес «глазок» и отшвырнул Дона назад с такой силой, что он пролетел через весь коридор и рухнул к ногам Никки. Фонтан крови хлынул из того места, которое только что было его лицом, испачкав брюки и футболку Никки.

Если она впустит в душу страх, он парализует ее. Если продолжит смотреть на жуткую картину у своих ног, то погибнет. И поэтому, прежде чем волна ужаса, готовая захлестнуть Никки, обрушилась на нее, она нажала на свой «переключатель» и превратилась в копа. Она эмоционально отстранилась от происходящего. Она мобилизовала сознание и приготовилась действовать.
Бросившись на пол, Хит перекатилась по ковру в сторону кухонной двери и выключила свет на кухне и в прихожей. В гостиной осталась гореть настольная лампа, но полумрака было достаточно для прикрытия. Спрятавшись за стену, Никки поднялась — колени ее дрожали — и схватила с гранитной столешницы свой «зиг-зауэр» и сотовый телефон. Она задела локтем бутылку с пивом, и та полетела на пол, ударившись о дверцу духовки. Бутылка еще вращалась вокруг своей оси, когда Никки, упав на колени рядом с Доном, набрала 911, одновременно прижимая два пальца к его сонной артерии.
— Служба «девять-один-один», что произошло?
— Говорит детектив Хит, «Один-Линкольн-Сорок», сообщаю о происшествии, офицеру нужна помощь, преступник вооружен. — Не сводя взгляда с двери и стараясь говорить как можно тише и спокойнее, Никки сообщила свой адрес, назвала ближайший перекресток. — Один человек убит.
Она сняла пальцы с шеи Дона и вытерла кровь о спортивные штаны.
— У преступника дробовик.
— Полиция уже едет, детектив. Вы можете описать стрелявшего?
— Нет, я не видела…
В этот момент из-за входной двери донесся леденящий душу звук — это убийца заряжал ружье. Никки выпустила из пальцев телефон, и тот упал на ковер. Луч света, проникавший сквозь дыру во входной двери, заслонила какая-то тень. Из лежавшего на полу мобильника доносился тонкий голос: «Детектив Хит? Детектив, вы меня слышите?» Голос становился все тише — Хит попятилась в кухню и укрылась за широким столом. Пригнувшись, она выглянула в коридор, и как раз в эту минуту толстый ствол ружья просунулся в проделанную в двери дыру. Никки опустилась на колени, оперлась о стену и прицелилась, держа пистолет в вытянутых руках.
— Полиция, бросай оружие!
Ствол слегка развернулся в ее сторону. Никки нырнула в укрытие. Оглушительный грохот наполнил помещение, в стене рядом с ней образовалась новая