Жестокая жара

последние слова: «на свободе».
У нее не было никаких улик, связывавших убийство Дона с двумя другими. Об этом говорил здравый смысл. Вот почему Никки поместила сведения о последнем преступлении на доску рядом с именами ее матери и Николь Бернарден. Опыт научил ее не верить в совпадения. Она знала, что убить хотели ее; покушение произошло после того, как она начала продвигаться вперед в расследовании двух убийств. Это был ответ на один из вопросов: «Почему именно сейчас?» Но более важный вопрос: «Почему?» — оставался без ответа.
Ответив на него, она сможет понять, кто совершил преступления. По крайней мере, она на это надеялась.
Никки услышала где-то внизу рокот — однако поблизости не проходили ветки метро. Жалюзи застучали о металлические наличники, лампы над головой начали слегка раскачиваться. Она услышала, как секретарша, сидевшая дальше по коридору, воскликнула: «Ух ты!» Кто-то завопил: «Еще толчок!» Никки посмотрела на жалюзи, которые уже перестали дрожать, и снова повернулась к доскам, надеясь, что это мини-землетрясение поможет стряхнуть неприятное ощущение и расставить точки над «i».
Это занятие — терпеливое созерцание Доски Убийств в поисках разгадки или, по крайней мере, какой-то закономерности — обычно давало результаты. Хит была далека от мистики, она не зажигала благовоний, не читала заклинаний. Это был не спиритический сеанс. Она просто изгоняла из головы все мысли и смотрела на кусочки головоломки, давая подсознанию возможность составить целостную картину. И сейчас какая-то деталь взывала к Никки, но она не могла уловить, какая именно. Что она упускала из виду? Хит рассердилась на себя за то, что отвлекается, но затем прервала мысленные упреки и прошептала: «Никакого самоедства». У Никки Хит сейчас имелся только один союзник, на которого она могла полностью положиться, и это была она сама.
Хит не могла позволить себе потерять самообладание, даже в самом сердце бури.
В этом было преимущество ее «брони», которую так ненавидел Рук. Он упрекал ее в склонности разделять сферы жизни, а ведь именно это умение помогло ей так быстро и успешно раскрыть столько дел. И она постаралась забыть о Руке. Меньше всего сейчас ей были нужны посторонние мысли. Вы хотите узнать, что такое настоящая броня, мистер Рук? Милости просим.
Вскоре ее отвлекли от созерцания — появился верный отряд. Детектив Феллер пришел за полтора часа до начала рабочего дня, сразу после Таррелла и Каньеро, с которыми она попрощалась у себя дома в два часа ночи. Рэндалл Феллер уже обзвонил своих приятелей из группы такси нью-йоркской полиции, работавших под прикрытием, в штатском: попросил всех искать угнанное такси с помятым передним крылом и двумя пулевыми отверстиями в лобовом стекле. Но пока никаких сдвигов не было. Тараканы разослали предупреждение всем отделениям экстренной помощи в больницах, медицинским кабинетам и аптекам насчет человека с пулевым ранением, который может обратиться за помощью или попросить бинты и обезболивающие в больших количествах. Но никаких звонков пока не поступало.
Вскоре весь отдел собрался на раннее совещание; не хватало только Шерон Гинсбург, которая опять опаздывала. Пока все рассаживались напротив досок, чтобы ознакомиться с последними новостями, Хит бросила взгляд в сторону стеклянного кабинета; вопреки ее ожиданиям, капитан Айронс уже сидел внутри и делал красным карандашом пометки в таблицах «КомпСтат».

Наверное, Железный человек

сегодня утром высадил подружку слишком далеко от участка, решила Никки. Она начала совещание, зная, что они прекрасно смогут обойтись без Гинсбург.
Хит заговорила об убийстве Дона; все уже знали подробности, так что она обошлась несколькими фразами. Никто не задавал вопросов. Все понимали, что предмет слишком деликатный, и, подобно Никки, хотели быстрее перейти к другим проблемам.
Патрульные, проводившие опрос соседей Николь на Инвуд-стрит, сообщили, что недавно на улице был замечен фургон фирмы по чистке ковров.
— Свидетели не помнят название компании, но, поскольку его появление совпадает со временем убийства, я хочу, чтобы Феллер и Раймер отправились туда и еще раз опросили соседей. Вытяните у них все, что сможете. Цвет фургона, надписи, все что угодно.
— Исследование на токсины затягивается, — продолжила Хит, поставив очередной вопросительный знак рядом с этим пунктом.
Она стерла строку «отпечатки пальцев» (галочки около нее не было, но это уже не имело значения, поскольку они установили личность жертвы) и написала крупными буквами: «Фургон на Инвуд-стрит».
Таррелл