Жестянка

отторгала, выпроваживая за ворота. Мало ли что могло взбрести им в голову? Я уже не говорю о городских историях, способных подвигнуть человека к такому поступку. Ясно одно: за пределами известных общин обитает какое-то количество людей, чья жизнь и устремления остаются неизвестными…
В путь нас, как мать-берегиня, провожала Кретова. Осторожно сдав кормой к воде, она внедорожником столкнула прицеп в тихую речку, а мы с Пикачёвым быстро освободили плавсредство от креплений, «Эвинруд» уже висел на транце. И сразу же начали закидывать экспедиционное имущество на борт.
Кретова отогнала джип повыше и вышла из машины.
– Сейчас она скажет «значит так»… – шепнул я Спике.
– Значит так, – строго начала Ирина. – Уточняю, жду вас максимум послезавтра, хотя и за один день можно управиться, Жду с результатами! Ищете брошенные плавсредства, руины, признаки населёнки. В возможный контакт вступать с предельной осторожностью. Ничего не обещать, никого не пугать. Удаляетесь не далее пятидесяти километров, для начала этого хватит.
– А как мы отмерим полсотни вёрст? – поинтересовался Спика.
– Не знаю, как! Развивай в себе глазомер и штурманские навыки. На глаз, отмечайте ориентиры… Да хоть вехи ставьте по берегам, шагами перепроверяйте!
– Ясно, методика не предложена, – насупился будущий штурман.
– Рубин! – рассердилась Кретова. – Воспитывай молодого, это твоя работа!
– Соструним, – пообещал я сурово.
– Смотрите у меня там! – она неожиданно сменила тон. – Мальчики, родные, только давайте без глупостей и геройства. Пожрите там ухи, оглядитесь и возвращайтесь. И не вздумайте утопнуть… Короче, бойтесь членогрыза, аферисты.
– Авантюристы, – поправил я боевую подругу.
С тем мы и отчалили.
Лодка, уже на первом километре пути получившая гордое имя «Налим», двигалась под мотором не очень быстро, зато целенаправленно. Упёрто шла. Можно ли сказать, что упорото? Жаль, Фомы рядом нет, не у кого проконсультироваться.
Относительно прямой участок закончился, мимо проплывал подступающий вплотную к берегу кустарник, чуть склонившийся кронами к струящемуся на восток потоку. Правый берег Дуромоя, изгибаясь впереди, был совсем рядом, словно охватывая надувнушку, заманивая её куда-то. Вокруг сменялись виды неведомой страны – широкой степной равнины с извилистой рекой. Необъятная дикая глушь. Здесь есть пустынные, бескрайние пастбища, озерца в укромных уголках, таинственные горы и притаившиеся в оврагах речушки. Но никаких следов человеческого присутствия.
Свобода! Простор! Рокотал двигатель, под днищем из ПВХ шипела зеленоватая вода. Движение вдоль берега сопровождали неожиданные всплески по траверзу – после прохода лодки в Дуромой запоздало сползали водоплавающие. Мелкие, так что тревожиться не о чём. Над водой летает много красивых больших бабочек, на ветвях можно заметить мелких пауков и длинных серых сороконожек, с виду неопасных. И всё-таки надо признать, что «Налим» действительно тащится, как утюг, никакого тебе изящества и ожидаемого полёта. Однако я и не гнал, и так ходко идём. Привыкнув к румпелю, уже не вилял, двигался плавно, то и дело подворачивая, чтобы рассмотреть на берегах заинтересовавшее, а затем снова шёл кратчайшим курсом.
Уже через восемь километров пути Спика успел начудить, когда мы встали к берегу по малой нужде. Он схватил спиннинг, быстренько поставил маленькую блесну-вертушку и в один заброс вытащил рыбу, похожую на леща.
– Видел! Ты видел, как я его взял. Я лучший!
– И что теперь прикажешь с ним делать? – едко поинтересовался я.
– Ну, не знаю… Может, приготовим по-быстренькому?
– То есть, ты предлагаешь забить болт на план разведки реки, развести костерок, достать гармонь и налить водки под уху? Не знаю, что ты с этим лещом будешь делать. Ловить надо на обратном пути.
– Жалко же! – расстроился напарник. – Хорошо, я её не дно брошу.
– Протухнет, жара начинается, – предупредил я.
Мне и самому зверски хотелось покидать спиннинг, ведь именно жажда рыбалки была главным побудительным мотивом поездки. Разведка местности – официальная причина экспедиции и обязательное к исполнению приложение.
Двинулись дальше. Впадающие ручейки не так уж и редки. Попадались и вытянутые по течению островки. Тем временем Пикачёв осваивал нелёгкое ремесло штурмана-навигатора. Отсчёт пройденных километров он вёл приблизительно, по отрезкам береговой линии, на глаз. Результаты объявлял вслух, я соглашался или уточнял, после чего молодой заносил данные на проект будущей карты. Фотографировал берега смартфоном, что не мешало ему замечать всё живое.
Над