Жил да был злой колдун. Ну как злой… просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот, однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент он нашел, но умудрился попутно ещё и проблем на «пятую точку» найти.
Авторы: Садыкова Татьяна
все твои мысли … А ты был на исповеди?
— Колдун, ну че ты ко мне пристал! Иди доставай прохожих!
Пособие «Как достать собеседника за три вопроса»
Автор — Никериал Ленге
Ирен
Мне было скучно. Я считала, что отправившись в путешествие с головой погружусь в приключения, буду драться против толпы бандитов и разгадывать тайны Великой Элисень, но вся моя роль свелась к простому безделью. Меня просто оставили с Петрой куковать в таверне, строго настрого запретив выходить на улицу. После того как Ник и Риэл ушли, я попыталась наладить отношения с крестницей колдуна. Узнать ее получше, поболтать о пустяках, королевском дворе и Совете магов, но или я задавала неправильные темы, или просто девушке претило мое общество, и наш разговор не заладился.
В последние дни Петра стала вялой, угрюмой и несговорчивой. Казалось, что она серьезно больна или ее что-то сильно глодало, изнутри пожирая ее душу, — от прежней улыбающейся и веселой волшебницы не осталось и следа. В присутствии Ника и Риэла она еще пыталась изобразить жизнь, надевая жизнерадостную маску, но как только мы оставались наедине… Я пыталась с ней поговорить, спросить, что случилось, но легче провести дипломатические переговоры с гномами, отвоевав у них пару златоносных рудников, чем выдавить из старшей дочери Лиры хотя бы одно предложение. Спрятавшись ото всех в нашей комнате, она сидела на стуле возле окна и, не мигая, смотрела на золотые башни Главного кафедрального храма Силенвиля. Завтрак, который я принесла ей с кухни, Петра с презрением отодвинула, только с жадностью выпив целый кувшин воды, будто она мучилась нестерпимой жаждой.
Беспокоясь за свою новую подругу, но не в силах помочь, я решила спуститься в зал. Целый день я наблюдала за Петрой, пыталась выяснить причину ее поведения, но, не солоно хлебавши, уставшая телом и духом, я пошла вниз. Там ко мне сразу пристали молодые подавальщицы, наперебой став расспрашивать вкусы и предпочтения колдуна. Я ничего не понимала. Если им так не терпится очистить душу на исповеди, зачем им знать такие подробности личной жизни Ника? Даже если предположить, что он им понравился не как духовный служитель Пресветлой, а как мужчина, во что я совершенно не верю, как им может нравиться Ник? Конечно он симпатичный, но его характер напрочь убивает в нем все его положительные качества. Он циничный, эгоистичный хам и извращенец, убивший за свою жизнь уйму таких же наивных и невинных девушек, как эти дамы. Конечно, доказательства его вины еще не найдены, но я их найду… возможно… займусь поиском, когда потеплеет… или летом, но я найду! Даже если судить по легенде, которую придумал Ник, влюбиться в него совершенно невозможно — он же жрец храма, а священнослужители дают священные обеты, и их строго настрого запрещено нарушать.
Но девушки были настойчивы, и я с удовольствием, придумывая на ходу причуды и привычки «моего брата», стала рассказывать подавальщицам небылицы.
Я так увлеклась, придумывая истории про то, как моего брата цапнул за нос рак, которого он хотел приобщить к вере в Великую, или как его загнали на дерево волки, когда он пытался им доказать, что они не правы, нападая на людей, что не заметила как на улице потемнело. Появились посетители, ворчавшие насчет внезапного снегопада, Гренет зажгла свечи и растопила камин, прогнав остатки холода из таверны, на работу пришла веселая девушка-менестрель, став играть свою новую задорную песню, а к моему столику подтянулись и другие слушатели, став ловить каждое мое слово о приключениях непутевого и наивного жреца. Одно меня печалило и не давало покоя — я своими руками создала образ романтичного героя, который перенесет через реку даму на руках, стращает бандитов так, что те со слезами на глазах сразу принимают веру в Богиню и сдаются властям… Я так увлеклась, что не сразу заметила, что все женщины таверны томно вздыхая, куда-то смотрят вдаль влюбленными глазами…
Вдруг дверь распахнулась, и в зале появился Ник. Я его узнала сразу — несмотря на то, что он надел на голову капюшон, его самоуверенная, стремительная походка совсем не изменилась. Я, вмиг вскочив со стула под недоуменные взгляды слушательниц, подбежала к магу. Мне не терпелось узнать о подробностях его путешествия в храм. Я бы сама пошла с ним, чтобы своими глазами хоть раз в жизни посетить эту святыню, но Ник мне запретил, сказав, что энергия храма может разрушить чары.
От его плаща веяло морозом и еле уловимым запахом гари. Он, сняв мокрый из-за таявшего снега капюшон, крепко меня обнял, тихо прошептав на ушко:
— Где Петра… — не дав мне опомниться от такого странного вопроса, он громко, как будто стараясь на публику, завил — Сестренка! Надеюсь,
