Жил да был злой колдун. Ну как злой… просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот, однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент он нашел, но умудрился попутно ещё и проблем на «пятую точку» найти.
Авторы: Садыкова Татьяна
домой отогревать замерзшие конечности, моим глазам открылась весьма занятная картина.
Небольшая поляна. На ней разбросаны около десятка окровавленных трупов белых волков. Я сильно удивился и поразился открывшейся мне картине бойни. Мало кто отважится нападать на этих созданий. Это вам не обычные животные, а нечисть. У них полная пасть острых клыков, они внушительных размеров (обычному человеку почти по грудь) и живучие — настоящие убийцы, не то, что их мелкие собратья. А тут… Чем ближе я подходил к месту стычки, тем больше мне открывалось интересного. Я нашел труп лошади, от которой, к сожалению, мало что осталось, остатки поклажи и припорошенная снегом, залитая лошадиной кровью развороченная постель. Чей-то ночлег. Теперь картина происходящего становилась более отчетливой.
Видимо путник устроился на ночлег, а ночью на него напали оголодавшие волки. Сначала загрызли лошадь, а потом принялись за нерадивого путешественника, но он оказался не так прост. Умелый воин, или же просто везунчик, но не мне судить, баловень ли судьбы этот сумасшедший путешественник. Ведь только безумцу придет в голову отправиться в путь одному, причем зимой, и остановиться на ночлег в лесу, не поставив защитный контур или хотя бы не разложив отпугивающие нечисть травы. Ведь даже дети знают, что зимой, когда рацион не только обычных животных, но и нечисти резко сокращается, учащаются нападения зверей на людей. Кушать хочется всем, а такие самоубийцы, как этот путник, легкая добыча для голодной стаи.
Для себя решив, что война все-таки утащили волки, и может, где-то неподалеку растерзали, я собрался идти дальше, как вдруг увидел Ее. Да, Ее — рябину. Наконец-то она нашлась!
Чуть ли не бегом я дошел до края полянки. Бойня была успешно отодвинута на второй план и заменена срыванием драгоценных ягод. Когда пару часов безуспешно ищешь в зимнем лесу рябину, утопая по пояс в снегу и едва передвигая замерзающие ноги, то уже как-то равнодушней относишься к чей-то трагедии. Заполнив сумку гроздьями рябины закоченевшими от холода пальцами, я удовлетворенно собрался телепортироваться домой, к жаркому камину, подогретому вину со специями и томику по трансмутации энергии, как увидел то, что не заметил раньше, отвлекшись на ягоды — почти неразрывную тонкую кровавую полосу, тянущуюся прямо с поляны. Взяв себе на заметку, стать более внимательным, я проследил за линией.
Любопытство всегда было моей слабостью, как и чрезмерная увлеченность, даже можно сказать одержимость, во время проведения экспериментов или разного рода исследований. Также моя главная отрицательная черта — энтузиазм. Из-за него я всегда попадаю в неприятности. Пошел, называется, искать последний ингредиент. Утром. В мороз. Если бы не внезапно проснувшийся энтузиазм остался бы дома, но нет, захотелось поскорее закончить эксперимент…
Поддавшись любопытству, я проследил за полосой. Странно, но она вела прямо к рябине. Около дерева в сугробе валялся кем-то брошенный окровавленный клинок… Пришлось еще раз себе напомнить стать более внимательным. Так и лишиться жизни не долго, тем более с моей-то репутацией. Как можно было не заметить меч?!
Обойдя дерево с другой стороны, я увидел человека, лежащего в сугробе лицом вниз. На мгновение во мне проснулись жалость и сострадание к нерадивому путешественнику. Как и ожидалось, волки славно потрепали свою добычу, прежде чем пали от клинка. Да так, что человек с полученными ранениями не смог уйти далеко.
Я присел около путника и перевернул его на спину. Несмотря на то, что у него при жизни явно было не слишком много мозгов, раз решил отправиться в путь зимой, надо хотя бы устроить ему погребальный костер или просто положить рядом с ним его клинок. Он воин, хоть и погиб в сомнительном поединке. Но, только я перевернул его на спину, как мне довелось второй раз удивиться — это оказался не путник, а путница. И судя по одежке, весьма состоятельная госпожа. Да и красивая. У девушки были правильные черты лица, прямой нос, приоткрытые пухлые губы, но кожа ее была мертвенно бледна, что портило весь образ спящей красавицы. Из-под лисьей шапки выбились потускневшие золотистые локоны, которые ниспадали волной на дорогую кожаную куртку, которая была разодрана в нескольких местах. Ее левый бок был сильно ранен, одежда и снег вокруг пропитались кровью, видимо, путница потеряла сознание от потери крови и замерзла насмерть. Жалко девчонку — у нее вся жизнь впереди. Сколько ей было? Не больше восемнадцати, небось.
Я взял ее руку и снял перчатку, на всякий случай попытался прощупать пульс. Вдруг жива? Судя по побоищу, времени прошло не так много — всего-то пару часов, шанс, хоть и совсем маленький, но был. Интуиция
